Надежда Лебедева вновь не может усидеть дома, несмотря на мольбы супруга. На этот раз она согласилась помочь незнакомцу и доставить чемодан, не подозревая, что это толкнёт её в новую криминальную авантюру. Фортуна снова улыбается нашей героине, но к чему приведёт эта улыбка на этот раз?
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Чемоданчик Пандоры» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Надежда Лебедева вновь не может усидеть дома, несмотря на мольбы супруга. На этот раз она согласилась помочь незнакомцу и доставить чемодан, не подозревая, что это толкнёт её в новую криминальную авантюру. Фортуна снова улыбается нашей героине, но к чему приведёт эта улыбка на этот раз?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Надежда Лебедева вновь не может усидеть дома, несмотря на мольбы супруга. На этот раз она согласилась помочь незнакомцу и доставить чемодан, не подозревая, что это толкнёт её в новую криминальную авантюру. Фортуна снова улыбается нашей героине, но к чему приведёт эта улыбка на этот раз?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Да есть тут некоторые, которым очень не терпится! А фарш сырой пробовали давать? Как, даже фарш не ест? А филе тресковое? Ну, тогда уж точно надо ветеринара вызывать! Если тресковое филе не ест, это уж ни в какие ворота!
Выслушав ответ, тетка многословно распрощалась со своей собеседницей, повесила трубку и наконец повернулась к Надежде:
– Ну?
Поскольку Надежда Николаевна несколько замешкалась, тетка повысила голос и весьма ядовито проговорила:
– То спешим, а то слова сказать не можем!
– Отчего же! Я хотела спросить о мужчине, которого привезли вчера около четырех часов после аварии.
– Фамилия! – рявкнула медсестра.
– Не знаю. – Надежда пожала плечами.
– А чего тогда интересуетесь?
– А вам-то какое дело? – не выдержала Надежда. – Вы обязаны справку дать!
– Обязана… – проворчала тетка, но тем не менее полезла в толстый журнал. – Утра или вечера?
– Что? – переспросила Надежда.
– Поступил в четыре утра или в четыре вечера?
– Вечера, конечно… какие же маршрутки в четыре утра?
– На пенсию пора, – вполголоса пробормотала тетка, листая журнал, – а все мужчинами интересуются!
– Это вы о ком? – ледяным голосом спросила Надежда.
– Не о вас, – тетка поняла, что переборщила, и поджала хвост. – Вот он, – она нашла наконец нужную запись, – больной Кулик, вторая хирургия, седьмая палата… только сейчас к нему нельзя. Состояние средней тяжести, постоянного пропуска к нему нету, так что приходите после четырех… А сейчас все равно не пустят.
– Я вещи его принесла. – Надежда Николаевна приподняла пакет с надписью «Севзапмолоко», в котором скрывался от посторонних глаз вишневый кейс Кулика. Кстати, Надежда подумала, что пострадавшему пассажиру удивительно подходит эта пернатая фамилия. Он был такой хрупкий и нездоровый…
– Вещи отдайте на склад, – равнодушно проворчала тетка, снова берясь за телефон.
Обращаться к ней за дополнительными уточнениями было небезопасно, поэтому Надежда спросила о местоположении склада пробегавшего мимо бородатого мужчину в зеленом халате.
– В подвале, – ответил тот, указав рукой направление вперед по коридору, и исчез в облаке пыли, как гоночный мотоцикл.
Надежда пошла в указанном направлении. Больничный коридор произвел на нее гнетущее впечатление: освещенный ярким голубоватым светом люминесцентных ламп, он выглядел особенно бедно и запущенно, каждая дырка на допотопном линолеуме бросалась в глаза. Навстречу попадались подозрительные личности со следами свежих травм и ушибов, заросшие трехдневной щетиной и облаченные в драные пижамы с черными больничными печатями. Причину такого внешнего вида пациентов она поняла, увидев на одной из дверей надпись: «Травматология».
