Ленивый мужичок с сумкой и молодая пара — вот кто приходит в этот автобус. Водитель ругается о безместности, пока малорослый мужчина не решает свои проблемы на лавочке. Парень срочно требует место для женщины, но ситуация ухудшается: место одно, а двое мужчин ждут чуда в больницу....
– Дело в том, – начал он растерянно, – что все сменились во время тихого часа… и врачи, и сестры… а Кулик поступил только вчера, так что новая смена его не знала в лицо… а Анна Андреевна, – он кивнул на молодую женщину, – дежурит вторую смену подряд, на подмене, но она только сейчас его увидела… она утверждает, что это не Кулик, а другой больной, Укропов… вообще-то у Анны Андреевны очень хорошая память на лица…
– Ничего не понимаю. – Конрад Карлович нахмурился, – а где же Кулик? В седьмой палате?
– Там его тоже нет, – подала голос наблюдательная Анна Андреевна, – место Укропова пустует.
– Исчез! – Дежурный врач растерянно развел руками.
Конрад Карлович нахмурился еще больше и приготовился как следует взгреть своих подчиненных за творящийся у них беспорядок. Надежда не стала дальше слушать и тихонько выскользнула из палаты. Заглянув в сестринскую, оставила халат, забрала пакет с кейсом и двинулась к выходу.
Ситуация ее очень удивила.
Все выглядело более чем странно.
Получается, что сегодня утром Кулика по просьбе какого-то родственника перевели в платную одноместную палату. Конечно, в одноместной палате гораздо удобнее, но если Кулик чувствовал себя неплохо и просился на выписку, большого смысла в этом не было… если только тот, кто его перевел, не хотел сделать так, чтобы Кулик на какое-то время остался один. А для чего это нужно? Чтобы убить его без свидетелей!
От этой ужасной мысли Надежда вздрогнула и остановилась.
– Женщина, вы чего? – недовольно проговорила она, обходя Надежду.
Надежда извинилась перед сестрой и двинулась дальше. На ходу ей всегда лучше думалось.
Допустим, ее ужасное предположение – не домысел, а правда. Кулика перевели в одноместную палату, чтобы там без свидетелей убить.
Но убитый-то – вовсе не Кулик! В чем же дело?
А вот в чем, неожиданно поняла Надежда.
