Ленивый мужичок с сумкой и молодая пара — вот кто приходит в этот автобус. Водитель ругается о безместности, пока малорослый мужчина не решает свои проблемы на лавочке. Парень срочно требует место для женщины, но ситуация ухудшается: место одно, а двое мужчин ждут чуда в больницу....
– Ты ведь говорила, что в чемоданчике письма… твои письма…
– Письма? – Лариса снова расхохоталась. – Только такой кретин, как ты, мог поверить в эту ерунду! Кто сейчас пишет любовные письма? Слава богу, не девятнадцатый век на дворе! Короче, быстро говори – где ты находишься, в какой больнице?
Валентин чувствовал себя так, как будто из него внезапно вынули все кости, причем без наркоза. Однако он машинально окликнул медсестру и спросил, в какой больнице находится.
– В сорок седьмой, – ответила та и добавила: – Шел бы ты в палату, а то бледный такой стал – краше в четвертый корпус везут…
– Куда? – переспросил Валентин.
– В четвертый корпус, в покойницкую.
– Ну, где ты там пропал? – раздался возле уха раздраженный голос Ларисы. – Опять, что ли, в аварию попал? Каталка больничная, что ли, на тебя наехала?
– Сорок седьмая больница, – угасшим голосом проговорил Валентин Марленович Кулик."
"– Сиди на месте! – с презрением произнесла Лариса. – И ради бога, не проявляй никакой инициативы, а то опять наломаешь дров!
Валентин все еще держал трубку около уха, хотя из нее доносились только короткие гудки отбоя.
Валентин Марленович Кулик был представителем вымирающей породы людей. Он был романтик. То есть верил в светлую даль, необозримые горизонты и высокие чувства, но в первую очередь – в любовь с первого взгляда и до гроба. И такая любовь у него была, была до сегодняшнего дня.
Он встретил Ларису десять лет назад около театра.
