Череп под кожей — читать онлайн бесплатно полностью

Сомневаюсь, что они поверят кому-то из нас. В конце концов, это будут только наши слова о том, что сказал Мунтер. И это очень удобно для нас, не так ли? Мертвый подозреваемый, который уже ничего не сможет опровергнуть. Во всем виноват дворецкий. Даже в художественном романе, мне кажется, такая разгадка едва ли удовлетворила бы читателя.

Сэр Джордж поднял голову.

– Мне кажется, это полицейские катера.

Для стареющего человека, подумала Корделия, у него удивительно острый слух. Она ничего не слышала. Но потом скорее почувствовала, чем услышала дрожь моторов. Они переглянулись. Впервые Корделия увидела в их глазах то, что они, должно быть, прочитали и в ее взгляде, – страх.

– Я встречу их на пристани, – заявил Эмброуз. – А вам двоим лучше вернуться к телу.

Сэр Джордж и Корделия остались одни. Если что-то и следовало сказать, то нужно было сказать это сейчас, до того как полиция начнет допрос. Слова давались с трудом, но когда она выдавила их из себя, они прозвучали резко, как будто она обвиняла его.

– Вы узнали утопленника, ведь так? Вы подумали, что он мог быть сыном Блайта?

Он ответил, совершенно не удивившись:

– Это меня действительно поразило. Такая мысль раньше мне не приходила в голову.

– Просто раньше вы не видели Мунтера в таком ракурсе, со вздернутым подбородком, мертвого да еще распухшего от воды. Именно таким вы в последний раз видели его отца.

– Что навело вас на эту мысль?

– Выражение вашего лица, когда вы смотрели на него. Памятник жертвам войны, который он украшает в каждый День перемирия. Слова, которые он выкрикнул, обращаясь к вам: «Убийца, убийца!» Он говорил о своем отце, а не о Клариссе. И я слышала, как он бормотал что-то по-немецки в разговоре с Саймоном. Да и его имя… Разве Эмброуз не говорил, что его звали Карл? И его рост. Его отец умер медленно, потому что был очень высоким. Но красноречивее всего звучит его фамилия. Мунтер означает «веселый» по-немецки, и это созвучно с фамилией его отца – Блайт. Это одно из немногих немецких слов, которые я знаю.

Она увидела на его лице уже знакомое выражение мучительного напряжения, но он сказал только:

– Возможно, возможно…

Она поинтересовалась:

– Вы собираетесь рассказать об этом Грогану?

– Нет. Его это не касается. И не имеет отношения к делу.

– Даже если вас арестуют за убийство?

– Не арестуют. Я не убивал жену. – Он вдруг стал говорить, словно его кто-то подгонял. – Я не считаю, что позволил им убить его намеренно. Хотя, быть может, это и так. Сложно понять мотивы других людей. Раньше я думал, что все так просто…

Корделия сказала:

– Вы не обязаны ничего объяснять. Это не мое дело. Тогда вы были всего лишь молодым офицером. Вы не отдавали приказы.

– Нет, но я дежурил в тот вечер.