А потом ее сердце забилось быстрее. В правой части фотографии она заметила размытую фигуру мужчины. Он как раз выходил на дорогу, явно чем-то озабоченный, и не замечал оживления, царившего вокруг. Лицо его было серьезным, а глаза смотрели мимо объектива. Сомнений не оставалось: этим мужчиной был Эмброуз Горриндж.
Эмброуз в Спимуте в июле 1977 года? Но ведь в это время он скрывался от налогов! Естественно, он должен был провести за границей весь финансовый год. Корделия помнила, как читала где-то, что любое появление на территории Соединенного Королевства делает статус нерезидента недействительным.
Если предположить, что он тайно приехал назад – а фотография доказывала, что так оно и было, – разве тогда он не понес бы ответственность и за все налоги, которые не уплатил, за все те деньги, которые, должно быть, потратил на реконструкцию замка, приобретение картин и фарфора, на украшение своего частного острова? Ей придется найти эксперта и выяснить, каким было его положение с юридической точки зрения.
В Спимуте наверняка есть адвокатские конторы. Она могла бы проконсультироваться у юриста, задать несколько общих вопросов по налоговому праву, ей вовсе не обязательно что-то уточнять. Ей надо было все узнать, а времени осталось не так много. Она взглянула на часы: без десяти пять. Корабль будет ждать ее в шесть часов. Необходимо получить хоть какое-то подтверждение до того, как вернется на остров."
"Корделия собрала все ненужные вырезки и сложила их обратно в конверт, потом отправилась вниз искать мисс Костелло, но ее всецело занимали мысли о том, что она узнала.
Если Кларисса поняла, какое значение имеет эта фотография, то почему никто больше этого не заметил? Хотя с какой стати? Эмброуз не жил на острове в 1977 году. Вероятно, он посещал его изредка, и едва ли местные жители знали его в лицо. Люди, знакомые с ним, жили в Лондоне и вряд ли могли увидеть «Спимут кроникл». А свой бестселлер он выпустил под псевдонимом.
Если кто-то из местных в самом деле узнал фотографию, вряд ли он понял бы, что это Э.К. Эмброуз, автор «Вскрытия», которому пришлось провести целый год в бегах, прячась от налоговой полиции. Едва ли он это афишировал. Нет, ему просто страшно не повезло, что на той неделе Кларисса как раз играла в Спимуте и пожелала почитать рецензию. И Кларисса назвала цену своего молчания. О, она действовала тонко: в этом шантаже не было ни грубости, ни вульгарности.
