В черном великолепии герцога Андоверского ждет неудача в похищении светской красавицы. Его телохранитель Лью Трейси Клэр Бельмануэр, облаченный в черное с серебром, не ожидает легкой победы. Эта книга — портрет мрачной интриги и нераскрытого заговора в мире богемных грез....
— Бывает судьба и похуже.
— Разве? Ну, так рассказывай же дальше, мне жутко интересно! Ты настроен ухаживать за ней и…
— При подобном раскладе событий? Нет, это было бы просто бестактно с моей стороны, дорогая. Я должен похитить ее, но следует соблюдать осторожность. А уж заполучив Диану, буду обольщать ее отца.
— Трейси, но это просто безумие! Что скажут люди?
— Неужели думаешь, что это мне не безразлично?
— Нет, думаю, все же нет. А как взбесится Боб, можешь себе представить?
— Да, ради одного этого уже стоит рискнуть.
— Очень даже могу! — пылко воскликнула она. — Да-да, Трейси, тебе надо жениться на этой девушке!
— Если она захочет…
— Что-то не похоже на тебя. Вдруг разуверился в своей способности убеждать?
Тонкие ноздри герцога дрогнули.
— Уверен, нельзя заставить девушку силой пойти к алтарю, — ответил он.
— Если она не дура, то согласится.
— Да, на ее родителей мой титул может произвести должное впечатление, на нее же — нет. Даже если она и узнает, кто я.
— Так она не знает?
— Разумеется, нет. Для нее я мистер Эверард.
— Как предусмотрительно с твоей стороны, Трейси! Тогда тебе нечего бояться.
— Бояться? — он прищелкнул пальцами. — Когда это я кого-нибудь боялся?
Тут вдруг штора бесшумно раздвинулась.
Трейси обернулся и лениво оглядел его с головы до ног. Затем поднял руку и стащил маску.
— Возможно ли это? Муж унюхал интрижку! Нет, меня положительно ждут сегодня одни разочарования!
Лавиния дико расхохоталась.
— Нет, скорее, он принял меня за другую даму! — взвизгнула она.
Ричард коротко кивнул. Похоже, он ничуть не удивился при виде герцога.
— Ты недалека от истины, дорогая. Я думал, тут леди Чарлвуд. Позвольте откланяться, — и с этими словами он исчез.
Трейси хмыкнул и снова нацепил маску.
— Однако, в какого сноба превратился наш Дики, а, Лавиния?
Она сжала кулачки.
— Да как он смел? Как смел он оскорбить меня?!
— Сестра, дорогая, как это ни печально, но тебе все же следует признать, он — башмак не с той ноги.
— О! Я знаю, знаю! И он вечно злится… ревнует… ведет себя просто глупо!
— Ревнует? И что же, у него есть повод?
Нетерпеливо передернув плечиком, она отвела взгляд.
— Ах, я не знаю! Он сам не знает!..
