В черном великолепии герцога Андоверского ждет неудача в похищении светской красавицы. Его телохранитель Лью Трейси Клэр Бельмануэр, облаченный в черное с серебром, не ожидает легкой победы. Эта книга — портрет мрачной интриги и нераскрытого заговора в мире богемных грез....
Находясь в доме, Ричард Карстерс часто расхаживал по библиотеке, изредка останавливаясь, чтоб взглянуть на портрет брата, висевший над письменным столом. Художнику удалось передать выражение этих синих глаз и они улыбались Ричарду, как некогда в прошлом, — столь же весело и одновременно вопрошающе.
Ричарду исполнилось двадцать девять, но выглядел он раза в два старше. Он был довольно худощав, на не лишенном приятности лице залегли глубокие морщины. Серые глаза глядели встревоженно, даже как-то загнанно, а рот, хоть и красиво очерченный, выдавал слабоволие.
Он достал хронометр, сверился с часами на камине. Потом подошел к двери, нервно отворил ее и прислушался.
До него не доносилось ни звука. И он снова заходил по комнате в ожидании, когда зазвонит колокольчик. Но он не зазвонил, вместо этого в коридоре послышались чьи-то шаги и в дверь постучали.
Ричард двумя шагами пересек комнату и распахнул дверь. На пороге стоял Вобертон.
Ричард схватил его за руку.
— Вобертон! Наконец-то! Я жду уже больше часа.
Мистер Вобертон высвободил руку и поклонился.
— Сожалею, но я никак не мог появиться раньше, сэр, — чопорно ответил он.
— Не сомневаюсь, вы сделали все, чтоб поспеть вовремя. Входите, сэр.
Он ввел адвоката в библиотеку и затворил дверь.
— Присаживайтесь, Вобертон, присаживайтесь. Вы… нашли моего брата?
Вобертон отвесил еще один поклон.
— Да, я имел счастье видеть его светлость, сэр.
— Здоров ли он? В добром ли расположении духа? Наверняка изменился, да? Состарился или…
— Нет, его светлость не сильно изменился, сэр.
Ричард едва не притопнул ногой в нетерпении.
— Ну же, Вобертон, не томите! Расскажите все по порядку.
— Его светлость, сэр, сперва брать ничего не хотел. Но по зрелом размышлении он… э-э… согласился принять свою долю, долю старшего сына. А годовым доходом от именья просил распоряжаться вас по собственному усмотрению.
— Ага! Но вы сказали ему, что я не тронул ничего из того, что ему принадлежит?
— Я пытался убедить его светлость, сэр. Однако безрезультатно.
