В черном великолепии герцога Андоверского ждет неудача в похищении светской красавицы. Его телохранитель Лью Трейси Клэр Бельмануэр, облаченный в черное с серебром, не ожидает легкой победы. Эта книга — портрет мрачной интриги и нераскрытого заговора в мире богемных грез....
— А вон и дядя Эндрю! — и он бросился навстречу приближавшейся к ним фигуре.
Лорд Эндрю Бельмануар приходился Ричарду шурином, а нынешнему герцогу Андоверскому — братом. Он подошел к нему, держа маленького Джона на руках, и поставил его на землю.
— Добрый день, Дик! Какой, однако, бойкий у вас мальчик!
— Да. Только что сбежал от няни.
— Отлично! Джон, идем с нами и еще раз обдурим толстуху Бетти! — с этими словами он взял Ричарда под руку. — Идем, Дик! Мне так много надо тебе сказать! — и он скроил нарочито сердитую гримасу.
Мальчик побежал к лесу, по пятам за ним мчался огромный булль-мастиф.
— Ну, что на этот раз? — спросил родственника Ричард.
— Рука самого дьявола вмешалась, не иначе! — ответил его светлость, удрученно качая головой.
— Долги?
— Бог ты мой, да! Вчера заглянул к Дилеби, ставки были страшно высокие. Короче, проиграл три сотни, это вместе с тем, что я должен Кэрью. И откуда их теперь взять, ума не приложу! Этот Трейси корчит из себя праведника и божится, что больше не одолжит мне и пенни.
Трейси и был герцогом. Ричард насмешливо улыбнулся — он уже одолжил его светлости тысячу гиней, расплатиться с одним «пустяковым должком».
— Денег он ни за что ни даст. К тому же и взять их ему негде.
— Неужто? Нет, он поистине невозможен! Не далее, как две недели тому назад, Трейси был в городе и ему дьявольски везло! Я тебе честно говорю, Дик, сам видел, как за одну только ночь он унес пять тысяч чистыми! А мне отказал в каких-то жалких трех сотнях.
— Ты же не нарочно, — выдавил он усмешку. — Ладно, хватит извиняться и продолжай.
Как раз в это время они приблизились к ручью и перешли через него по мостику, а затем углубились в лес.
— Рассказывать особенно нечего. Надо срочно придумать что-нибудь, поскольку Кэрью ждать не собирается и тут же возьмет меня за глотку, стоит только начать просить его, это тощее пугало, отсрочить долг. Вот я и пришел к тебе, Дик…
Он отпустил руку Ричарда и уселся на поваленное дерево, нисколько не заботясь о своем бархатном с кружевами наряде.
