В темных подворотнях города происходит внезапное прибытие, где каждая маневра оборачивается новым ударом. Один за другим, люди падают, заблокировав или отражая невидимых агрессоров, пронизанных холодным злобным оружием. Сюжет стремительно развивается в интригующей мрачной атмосфере безумного балагана и неожиданностей....
Два бойца первого ряда, за ними два бойца второго и так чередовалось вплоть до самого конца колонны. Очень удобное построение для отражения нападения с флангов. Чтобы перестроиться в ощетинившееся копьями каре, уходит не больше пяти секунд.
Пристань была совсем недалеко, так что путь до неё не занял много времени. К тому моменту как отряд вышел на площадь, караванщики и наш обоз уже погрузились обратно на барки. Возле швартовых канатов стояли люди Яноша, готовые одним мощным ударом создать межу собой и нападающими тварями водную преграду.
Но самих монстров пока что видно не было. Хорошо. По крайней мере у нас есть время подготовиться к их приходу.
— Стоять! — скомандовал я, как только мы подбежали к причалам, — Перестроиться! Копейщики вперёд. Стрелки в тыл. Взвести арбалеты и ждать команды!
Три секунды. Четыре шага. Разворот. И приказ выполнен. Этот манёвр Бернард заставил всех без исключения бойцов вызубрить наизусть и довести до автоматизма, часами задрачивая их на тренировках. Парней, стирающих ноги о плац или палубу барки каждый день чуть ли не до крови, было конечно жалко.
Над площадью повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь плеском волн о пирс, да едва слышном скрипе натягиваемых тетив. Мы были готовы.
— Похоже у нас новые пассажиры, — сплюнул Бернард, пристраиваясь рядом со мной и Туром в третью шеренгу.
Я обернулся. И слегка офигел. Палубы барок были забиты людьми практически до отказа. Бабы, дети, мужичьё. Складывалось ощущение, что на борт трёх, не шибко впечатляющих размерами, посудин, попытался забиться сразу весь городок.
Странно. Когда я видел этих хитрожопых засранцев в последний раз, они разбегались по своим халупам. Должно быть некоторые из них подумали и решили, что река будет всё-таки куда более надёжной преградой для уродов, нежели деревянные ставни и дубовые двери.
— Интересно, а мы то туда впихнёмся, если придётся драпать? — хмыкнул Тур, буквально сняв мысль у меня с языка.
— Нам придётся постараться сделать так, чтобы драпать не пришлось, — парировал я, — Тем более, там, у ворот, мы положили приличную часть стаи. Я бы даже сказал, что большую её половину.
