Терехов изначально выбрал самый простой способ: прихватил медицинскую справку как документ поводыря для слепой женщины, которую он привёз домой после операции. Это объясняло все ненужные атрибуты — бинты под маской и саму кожаную маску, напоминающую восточную паранджу. Такое решение вызывало сочувствие у всех — от кого-то до самого свода народных чувств....
Кажется, вода как вода, может, чуть сладковатая, без всяких привкусов... Потом он обследовал вход и, склонный к следопытству, всё-таки решил, что Алефтина была, и не влетела белой совой — приходила через вход. Если закрывать клапаны снаружи, то неудобно насаживать на «липучку» ненужную зимой противомоскитную сетку, всё время кривятся и срываются её края. Это изнутри захлопнул её, прижал — и всё намертво. Значит всё-таки это не бред! Она была в чуме и поила его, но куда и почему ушла?
И тут он стряхнул остатки сна: конечно, нашла портал! О чём и сказала, только благородно поставила это ему в заслугу.
Но ведь это же всё бред! Порталов нет, не бывает! Ни на Укоке, ни на Путоране! Их быть не может в принципе, иначе бы не строили ракет, космических станций, люди бы с древности ими пользовались, как пользуются дверями, лестницами, лифтами.
Алефтина его разыгрывает, манежит, вводит в заблуждение, чтобы оправдать свою заумь, слепоту, свадебное путешествие, наконец! Это её вынужденная игра, возможно, неосознанная: выкопала где-нибудь нору в снегу и сидит больше суток.
"Но тогда что за вспышка была над её чертогами? Откуда взялось космического плана дымное кольцо, вытянувшееся в протуберанец? Когда Терехов добрался до её бункера, увидел это кострище: чуть ниже входа в штольню зияла воронка диаметром в двадцать метров, камень оплавился, глина спеклась в кирпич, словно ракету отсюда запустили или взорвали небольшой ядерный заряд. Даже если на складах бункера остался артиллерийский порох или взрывчатка, всё равно такого взрыва не устроить, кострища бы такого не получилось.
А самое главное — никто взрыва не слышал! Судя по плоской неглубокой воронке, громыхнуть должно было так, что Укок бы вздрогнул, но была лишь беззвучная вспышка и дымное кольцо.
