Ненастье и одиночество придавали майскому утру странный оттенок. Встреча с неизвестным вызвала странное возбуждение — комната казалась меньше, а ощущение невесомости усиливалось каждый час ждуна. Так началася черная вдова искать мужа, искал он её, подобно тайной мольбе....
Казалось, все внутренности вот-вот скрутятся в тугой узел и больше никогда не станут прежними. Вдобавок послышался загадочный скрежет. Такой противный и режущий по ушам, что по телу забегали мурашки. Его не перекрывала даже громкая музыка. Но все вокруг вели себя как ни в чем не бывало. Почему они так спокойны? Может, дело во мне?!
Я поглядела по сторонам, однако ничего и никого подозрительного не обнаружила. А сердце тем временем уже подпрыгнуло от страха и, казалось, поселилось в горле. Меня охватило нечто, очень близкое к панике.
– Что-то не так? – заволновался лэрд Уэст. – Вы очень бледны. Вам плохо? Может, выйдем на балкон?
– Вы слышите? Вы это слышите? – разум начал меня покидать, его захватила в плен непередаваемая тревога.
– Кажется, да… – с небольшим промедлением и хмурым выражением лица отозвался супруг.
Мы вдвоем, будто по сигналу, резко остановились и устремили взгляды в потолок. Бежать было поздно, как и доставать амулет. Огромная хрустальная люстра уже сорвалась с потолка и готовилась с секунды на секунду подмять нас под себя.
Глава 7.1"
"Яркая голубая вспышка на несколько мгновений ослепила меня. Пришлось крепко зажмуриться, а потом несколько раз моргнуть, чтобы восстановить зрение. Крохотная надежда, что весь этот кошмар мне лишь привиделся, не оправдалась.
Я снова впилась в люстру взглядом. Прошла минута, а может, и две, но она так и не сдвинулась с места. В бальной зале царила неестественная тишина. Не играл больше оркестр, не раздавался девичий смех и стук каблучков. Словно время остановило ход, заставив всё и всех вокруг замереть.
Но внезапно послышался чей-то судорожный вздох. Он заставил меня оторвать взгляд от хрустальной люстры и повернуть голову в поисках источника звука. Его издал лэрд Уэст, лицо которого от напряжения было белее снега. Высокий лоб супруга покрывало множество бисеринок пота. Одна из них, самая крупная, большой каплей скатилась с его виска к идеальному подбородку, слегка выпяченному от прилагаемых мужчиной усилий, чтобы спасти наши жизни.
