Автор
Утро было чудесное — солнечное и наполненное нежными ароматами свежей зелени. Мелкая дождиковая сыпь придавала этому воскресенье особенную свежесть. Однако в воздухе кипела какая-то нешуточная хмарь, которую невозможно было игнорировать — запах жареного мяса напоминал о том, что соседняя лавка недавно подожгла от собачьей зависти. Такие моменты придавали обычную чистоту утра шокирующим контрастом....
– Прокляну! – злобно указала пальцем в сторону скрытой темнотой птицы, но тут же добавила: – Когда смогу…
С гордым видом я удалилась в домик, бабахнув на весь лес дверью. В комнате передомной предстала чудная картина: Дороти сидела посреди стола и совершенно не по-королевски с большим аппетитом поедала вегетарианское жаркое, сдобренное возбуждающим снадобьем.
– Пошла вон! – Стянув с ноги домашнюю туфлю, я запустила ею в кошку. Не попала, перевернула вино, разметала посуду. С меткостью у меня, как у пропащего очкарика, определенно имелась проблема, но лысую нахалку с золотым кольцом на лапе под кровать все равно загнала.
Я понимала, что ночь предстояла жаркая, но не догадывалась, насколько она окажется шумной! Братья улеглись на полу, уступив мне кровать. Выспавшись за сутки, я вертелась, переворачивала твердую подушку, уже подумывала налакаться вина для сна, но тут завопила Дороти, пронзительно и громко.
– Заткнись! – рявкнула я и закинула в ту сторону, откуда несся мерзостный клич, туфлю на шпильке.
– Да чтоб тебя! – подскочил в темноте Картер, когда обувка прилетела в него. – Я требую уважения к своей невесте!
– Она сейчас кошка, – прошипела я.
– Это не дает тебе права швырять в нее туфли!
Догадавшись, что цель достигнута и зрительный зал готов ко второй части оперы, Дороти вывела такую руладу, что я, не задумываясь, швырнула вторую туфлю. Кошка испуганно взвизгнула и куда-то забилась.
– Такое ощущение, что она объелась белладонны… – пробормотал Уильям.
Последовала долгая задумчивая пауза.
– Эльза? – вкрадчиво и многозначительно вымолвил Брент-старший, вкладывая в одно мое имя столько вопросов, что было проще притвориться спящей. Недолго думая, я изобразила позорный плебейский храп.
* * *К сожалению, утро нам пришлось встретить неприлично рано. Окно еще застилал молочно-белый туман, братья спали. Картер похрапывал, пристроив голову на плече старшего брата. Кошка сладко сопела у меня на соседней подушке, свернувшись тесным клубком.
– Немедленно поднимайся, темная Богиня тебя дери!
– Проклятье, что это?! – дернулся Картер.
Магия за ночь восстановилась, амулет Дороти снова заработал, и теперь я могла обходиться без очков. Оглядела комнату, пытаясь понять, не приснился ли мне голос кузины. Мужчины тоже проснулись. Некоторое время они осознавали, отчего тесно прижимаются, лежа на полу.
