Автор
В дали Тенгель Злой стучится в окна, когда-то принадлежавших ему долин. Натаниель чувствует приближение ужаса, который не сможет остановить даже его непостижимая мудрость и силы. Этот конец кажется безнадежным, но в душе Маркока есть надежда на последний шанс передать знания перед тем, как черная вода поглотит мир....
Если он сейчас возьмет кувшин, мы, возможно, успеем все сделать, Шира и я?
Глаза злодея стали совсем желтыми.
Нет. Нет, так дело не пойдет! Этого недостаточно, я должен еще больше ослабить его.
Эллен! Ты всегда испытывала сострадание к несчастным, помоги мне! Поддержи меня!»
Внезапно ему в голову пришла одна мысль, и он тут же повернулся к Тенгелю Злому.
— В тот раз в сенном сарае… Там была одна молодая женщина, Эллен из рода Людей Льда, и она преисполнилась к тебе сострадания, она помогла тебе с…
Тенгель резко оборвал его:
— Это я сам проник в ее душу и заставил ее помочь мне найти музыканта, она была моей рабой, черт побери!
В его голосе звучал смертельный страх.
Натаниель вмиг забыл о своих мучениях, о ломоте в груди, о боли во всем теле, о голоде. Он поднялся во весь рост и стоя босиком на холодной каменной плите возле скалы, не замечая, что его ноги просто окоченели от холода, что он дрожит весь на пронзительном ветру. Все его мысли были теперь направлены на Тенгеля Злого.
Если бы Натаниель теперь расслабился, не делая лихорадочных попыток во что бы то ни стало одолеть своего врага, он гораздо лучше справился бы со своей задачей.
— Ты лжешь! — медленно произнес он. — Эллен выполнила твой приказ, это верно. Но с ней не так все просто, к твоему сведению, моя Эллен — особенная. Ее сочувствие к несчастным — калекам, неудачникам и прочим — искреннее. Ей стало жаль тебя, поверь мне!
— Нет! — завопил Тенгель Злой.
Но Натаниель заметил, что движения старикашки стали менее энергичными, голос начал дрожать.
«Дальше продолжать не стоит, — подумал он, — Он уже достаточно обессилел, да мне и нечем больше усмирять его. Сам я не испытываю никаких добрых чувств к этому мерзавцу!»
Ведь не мог же он выдавить из себя эти добрые чувства! Это обстоятельство должны были учитывать его предки.
Он закрыл на секунду глаза. «Шира! Будь готова, — подумал он.
Натаниель сделал несколько шагов в сторону Тан-гиля — и тут же получил предательский ядовитый «выстрел» в лицо.
Он остановился на миг, чувствуя головокружение. Но он теперь не желал затягивать эту и без того длительную дуэль, он шел теперь напролом.
Дух Тан-гиля выпустил новое ядовитое облако, за которым последовала вспышка молнии, не достигнув цели.
— Ты никогда не пил черной воды, — спокойно сказал Натаниель.
Старикашка задрожал.
