Автор
В дали Тенгель Злой стучится в окна, когда-то принадлежавших ему долин. Натаниель чувствует приближение ужаса, который не сможет остановить даже его непостижимая мудрость и силы. Этот конец кажется безнадежным, но в душе Маркока есть надежда на последний шанс передать знания перед тем, как черная вода поглотит мир....
Однако вперед они продвигались!
Наконец, они добрались до правой стороны отверстия. Здесь ветер их не доставал; мощный поток воздуха несся мимо них и с воем врывался в пустое пространство.
— Оставайтесь здесь, — приказал Натаниель. — Что бы там ни было, не подходите слишком близко к краю скального уступа, защищающего вас от ветра! Мы с Марко попробуем добраться до огня. Демон бури, ты поедешь с нами! Орин тоже, на случай, если нам понадобится снова вызвать духов Огня и Воздуха.
Когда они ушли, все сразу почувствовали себя одинокими и покинутыми.
— Но что будет с теми несчастными, которые по-прежнему летают в пустом пространстве? — спросил Ян. — Ведь теперь уже никто не сможет собрать их.
Туву это тоже беспокоило. И тут ее осенило:
— Все, кто может сопротивляться шторму, ушли. Но я думаю… Я думаю, что мы, оставшиеся здесь, достаточно сильны, чтобы вызвать тарангайских духов…
Она полагала, что этим духам, покинутым всеми, кто верил в них, очень захочется иметь новых почитателей.
Она торжественно посвятила остальных в свои мысли, и все согласились с ней.
Все вместе, почти двадцать душ, они сконцентрировались на одном призыве: «Не будут ли духи Таран-гая столь милостивы, чтобы собрать всех, летающих в пустом пространстве, и доставить их к этой скале?» Они просили о многом, но их не покидала уверенность в том, что духи справятся с этой труднейшей задачей.
Натаниель, Марко и двое их друзей, Орин и демон бури, обогнули скалу — и тут же на них обрушился такой ураган, что они чуть не перевернулись вверх ногами.
Ураганный ветер слегка ослаб, и они смогли теперь продвигаться вперед, стараясь изо всех сил. За последние ужасные дни они уже привыкли к тому, что за каждый шаг приходится бороться."
"— Здесь нет никакого огня, — крикнул Натаниель в грохоте урагана, — Во всяком случае, никакого жара не чувствуется.
