Профессионал бы вообще в окоп не полез, сверху бы стрелял. Так даже удобнее.
– Зачем же он в окоп полез? Получается – не профессионал?
– Турсунбаева он освобождал, потому и слез. К этому времени там, скорее всего, живых немцев не было.
– С какого расстояния стрелял Турсунбаев?
– Говорит – с трех метров. Тело Манзырева лежало в ходе сообщения, куда он упал после выстрела, его потом солдаты в сторону оттащили.
– Куда он ему стрелял?
– Говорит – в грудь стрелял. А ранение на трупе – в левый бок.
– Симонов? – поднял телефонную трубку подполковник. – Посмотри-ка мне – на теле как был сделан выстрел? Откуда и с какого расстояния? Подождать? Хорошо, подожду. Сколько? Два-три метра и в левый бок? Лады, работай дальше. Эксперт подтверждает, продолжайте, капитан.
– Да, собственно говоря, у меня уже все. Разве что еще одна деталь.
– Ну?
– Напарник Турсунбаева, рядовой Алиметжанов, был убит ударом ножа в шею. Удар очень сильный, нож пробил ему шею и воткнулся в деревянный кол. Алиметжанова как бы пришпили к нему, понимаете?
– Ну и что?
– А то, товарищ подполковник, что в момент смерти рядовой Алиметжанов сидел на полу окопа, прислонившись спиной к этому самому колу. То есть спал. Так его и убили – сонного. А Турсунбаев утверждает, что они оба дрались с немцами. Так что плачет по нему трибунал. Аж в три ручья.
– Написать вы это сможете? Подробно по полочкам разложить, как вот сейчас мне рассказываете?
– Да, товарищ подполковник, смогу.
– Лейтенант Никитин проводит вас в комнату и окажет необходимую помощь. По всем вопросам можете обращаться к нему.
– Товарищ подполковник, разрешите вопрос?
– Да, задавайте.
– Когда я назад вернусь?
– Не могу вам пока ответить точно на этот вопрос. Думаю, что вам придется погостить у нас немного. Не скрою, ваши аналитические способности произвели на меня определенное впечатление. Возможно, что они могут пригодиться нам в ближайшее время».
Рассказывает старший лейтенант Васильев:
– Нас подняли вечером, группа уже наладилась было отдохнуть. Только что вернулись с пробежки, и ребята слегка расслабились. По всем прикидкам, следующий выход намечался только через неделю и времени, в принципе, хватало, чтобы прийти в себя. Однако же, как говорится, человек предполагает, а бог располагает.
В дверь стукнули, и на пороге нарисовался посыльный. Он только что вернулся из штаба и…
– Товарищ старший лейтенант, вас срочно к майору вызывают.
– Что так, на ночь глядя-то?
– Да вроде бы вылет намечается.
– Это еще куда?"
"– Не знаю, только товарищ майор сам только что из штаба вернулся и срочно за вами послал.
Командир у нас был дядька суровый, а посему мешкать не следовало.