Ночь скрывается за высокими кустами, где воздух мерцает от редких звёзд. Вдоль бесконечной тропы шагает один солоимый всадник в черных одеждах, его фигура сливающаяся со слабым биением ночного леса. Ощущение глубокой тайны и небывалой опасности наполняет каждый шорох листвы и каждую тень....
По мере восстановления станции эта цифра будет уточнена.
По предварительным данным, наши потери составляют: Убитыми и погибшими при тушении пожара – 6 офицеров, 9 унтер-офицеров и 36 солдат из числа охраны станции, охраны шталага 4в и из состава приданной пехотной роты.
Ранено 3 офицера, 3 унтер-офицера и 58 солдат. Поиск и вынос раненых продолжается.
Подбито два бронетранспортера.
Оценить потери личного состава среди расчета пожарного поезда не представляется возможным, так как мне неизвестна численность его персонала и штатное расписание.
И.о. коменданта станции Веденеево лейтенант Ронге"
"Из протокола допроса старшего лейтенанта Козицина, Дмитрия Валентиновича. 1919 г. р., русского, члена ВКП (б) с 1939 г."
"– Расскажите подробнее, как вы впервые встретили подполковника Леонова.
– Я его видел до того, как нас наверх вывели из карьера. Он вдоль края внизу ходил, наверх посматривал внимательно. Потом я его из виду потерял. Снова уже наверху заметил, когда он к немцам пошел.
– Он сам пошел?
– Сам! Никто его не вызывал и не окликал.
– И что же немцы?
– Они не стреляли и никак ему не препятствовали. Только когда подошел, ему переводчик рукой показал – тут стоять!
– Леонов говорил им что-нибудь? Когда шел? Руки поднимал?
– Нет. Он молча шел, руки не поднимал. Это я хорошо видел. Подошел он к ним, поговорил. От нас было не слышно. Потом он вернулся и сказал, чтобы командиры вышли к нему. Мы подошли, и он спросил наши имена.
– Как он вам представился?
– Он сказал: «Я из НКВД.
– Вы ничего не путаете, товарищ старший лейтенант?
– Нет. Я все хорошо запомнил. Его еще старший политрук Сомов расспрашивал. Что это за отдел такой. Леонов и сказал ему, мол, это спецотдел по диверсиям в тылу врага.
– Продолжайте.
– Леонов назначил командиров батальонов. Мне поручил второй батальон. Опыт командирский у него есть. Это точно. Сразу всех по местам расставил, задачи определил. Этому не один год учиться надо.
– Как он разговаривал?
– Коротко. Длинных фраз не говорил. Слушал внимательно, но как бы отстраненно. А отвечал, вроде бы как все уже продумать успел. Думал он быстро.
– Насколько быстро?
– Не знаю с чем сравнивать. Но быстро, это видно. Мы по станции шли, сбоку, от дома, стала доска падать прямо на подполковника. А он, даже не оборачиваясь, рукой ее отвел. Даже с речи не сбился.
– На станцию он с вами шел?
– Нет. Его туда немцы отвезли.
