Ночь скрывается за высокими кустами, где воздух мерцает от редких звёзд. Вдоль бесконечной тропы шагает один солоимый всадник в черных одеждах, его фигура сливающаяся со слабым биением ночного леса. Ощущение глубокой тайны и небывалой опасности наполняет каждый шорох листвы и каждую тень....
В правой руке у меня уже был зажат кинжал, который я и метнул в здоровенного фрица. За что люблю эти кинжалы, так это за баланс. Отличный клинок, хорошо сбалансированный и острый. Летает вообще классно. Правда, попал я не совсем туда, куда метился, но все равно удачно – немец зарылся головой в кусты и задергал ногами. Захрипел. Второй всполошенно рванулся к нему. Лопух! По сторонам кто смотреть будет? До меня же всего три метра! Теперь уже два. Поздно пить боржоми, родной… Минус два. Теперь второго успокоить надобно, что-то он там расшумелся… Минус три.
Патронов прибавилось, еще три гранаты, на этот раз уже привычные «М-24». Ну и что теперь делать будем? Остальных искать? Или ждать, пока сами приползут? Хорошо, если столько же и приползет, а ну как их больше будет?
Пока, правда, не ползут, так, может, Кройцера навестим? Небось сидит в яме и переживает. Надо его успокоить.
Подобравшись к месту его лежки, я покачал головой. Нет, спокойно он там не сидит, это точно. Вон на дереве веревочка висит, это от гранаты настороженной.
"Начальнику Управления «С» штандартенфюреру СС Рашке
Хайль Гитлер!
Докладываю Вам, что 31 августа 1942 года мною была отправлена за очередной партией спецконтингента, из числа пленных солдат противника, группа унтерштурмфюрера Майнинга. Прибыв на станцию и завершив погрузку контингента, колонна из двух машин направилась в обратный путь.
Днем ранее он, в сопровождении двух солдат СС и водителя, был направлен на станцию Веденеево за пленным русским. О нем я имел честь докладывать Вам рапортом от 29 августа сего года.
