Диверсант из будущего, ветеран легендарной группы «Альфа», попадает в 1941 год во время Великой Отечественной войны. Оказавшись в теле матёрого зэка, он должен выжить, переиграв лучших оперативников системы и найти способ изменить ход истории.
Но ведь есть еще второй, и его не достать. Уйдет? Или как?
– Дядя Саша!
Котенок! Вот она – бежит вверх по склону! Справа от нее взлетел фонтанчик земли. Снайпер, сволочь!
– Котенок, ложись!
Не слышит! Вскинула автомат и стреляет длинными очередями куда-то в сторону снайпера. Выстрелы! Она не слышит ничего! К пулемету! Прижму его огнем, чтобы она проскочила…
Поздно…
Отброшенная ударом пули, она покатилась вниз по склону холма…
Я не видел, куда она упала. К горлу подкатил ком, и стало трудно дышать. Черт!
Котенок, ну как же так? Что ж ты не усидела? За каким чертом тебя понесло наверх?!
Я лежал. Не двигался. Даже почти и не дышал, чтобы пар от дыхания не выдал меня. Сорвав пучок травы, я старался выдыхать под него, чтобы пар не поднимался вверх заметным облачком. Он придет, он не может не прийти. Он должен увидеть дело своих рук. Если он уйдет – я пойду следом. Следы его останутся на снегу, и я догоню его все равно. Даже если он уйдет в деревню, я достану его и там. Снайпер – не иголка, наверняка фигура заметная. Особенно если он из полицаев. Нет, он не полицай. Бывший солдат, скорее всего. Неважно. Я найду его, и будет ему грустно…
Скрип снега! Еще! Кто-то поднимается по склону. «Наган» прыгнул в руку сам собой. Так – барабан полон. Все готово. Ну, где же ты, снайпер? Я убит, ты же видел, как я упал. Котенка ты сбил на бегу, и вон там лежит ее автомат. Чего же ты прячешься, иди!
Шаги были слышны уже явственно. Шли двое. Вот они поднялись к вершине холма. Ага, там лежит убитый Котенком полицай. Потоптались. Один двинулся ко мне, а второй? Где второй? Стоит на месте. Нет, снег заскрипел, щелчок. Зажигалка? Курит? Снова скрип, он пошел. Куда? Не ко мне. К Котенку? Похоже…
Над склоном холма поднялась голова. Это первый. Смотрит на меня – что видит? А видит он лежащего на боку мужика. Голова у меня в кустах, от него не видна. Правая рука откинута, и в ней ничего нет. Левая прижата телом и ему не видна. Будет он стрелять или нет? Не стал, подходит ближе. Автомат закинул за спину, не боится?
Зря ты это, дядя… Меня всякого бояться надо…
Чпок!
Автоматчика крутануло на месте, перекинув «наган» в правую руку, я выстрелил еще раз, и от его головы полетели брызги. Он еще падал, когда я, прижавшись к земле, метнулся на гребень холма.
Вот он, снайпер!"
"Здоровенный мужик, чуть ниже двух метров. За спиной «трехлинейка» с оптическим прицелом. Стоит спиной ко мне, виден дымок. Точно – курил.
