В черной заре воздух наполнялся непривычными запахами, как будто подменили обычную тихую дымкой от пепелища. Каждый прикосновение к осколкам стекла и лапам песа вызывало только жгучее раздражение, напоминая о том, что здесь люди — а их нет.
Если главная цель всей этой свистопляски я, то до города нам доехать не дадут. А вот если задача состояла в том, чтобы обезвредить Гратца, то проедем спокойно. Заодно и Кротова за вымя пощупаем, чем товарищ дышит? Уж слишком вокруг него непоняток много, не по душе мне такие вот выверты.
Радиопереговоры
— «Шестой» — «Каланче».
— На связи.
— Общая команда — отбой операции. Как понял?
— Понял, отбой.
— Возвращайтесь в расположение части.
— Понял, возвращаемся.
— Сообщите «Радуге».
— Принято, сейчас передам.
Опаньки!
Джип огибает холм — и перед нами вырисовывается интересная такая картинка!
Точно такой же автомобиль, что и у полковника.
И точно такой же пулемет над кабиной.
Очень недружелюбно уставившийся прямо в лобовое стекло нашей машины.
Водитель нажимает на тормоз, наш джип чуть клюет носом. Над головой лязг — ребятишки в кузове тоже среагировали на изменение обстановки — развернули свой «Печенег».
Позади нас скрипят тормоза, и, повернув голову, вижу, как разбегаются по кустам ополченцы. Кабина «шишиги», кстати говоря, пуста, ни водителя, ни майора я там не замечаю.
— Это еще что такое?! — Кротов не успел среагировать и боднул-таки головой спинку переднего сиденья.
— Встречают нас…
— Я вот им встречу!
Хлопает дверца, и возмущенный полковник направляется к джипу. Ну, а пока все внимание направлено на него…
Наша машина стоит к встречающим чуть боком, моя дверь ими контролируется слабо. Да и помимо нее тем есть куда глядеть — в кустах засел почти десяток автоматчиков.
Ручку вниз.
Дверь чуток приоткрываем…
Кувырок!
Кюветов тут нет, чай, дорога не федерального значения, но вот придорожных ям и бугорков — бери не хочу!
И в такой вот ямке я очень даже неплохо размещаюсь…
Парни в кузове, увидев мой кувырок, сначала было дернулись, но вернулись к своему основному занятию — прикрытию собственного руководства.
Так… понятно, что моя собственная персона их волнует во вторую очередь.
И что же это у нас такое выходит?
В лесу, получается, другие ухари шастали?
Ну-ну… посмотрим, чем у Кротова разговор завершится.
А он, похоже, на повышенных тонах идет. Невыспавшийся полковник, раздосадованный к тому же провалом поставленной ему задачи, во всю мощь наезжает на своего собеседника.
