Автор
Начав свой поездку, она видела, как аэропорт преобразился от скучного ожидания до гостеприимной веселой толпы. Здесь царила чистота – беспроводные сети и бесплатные кабельщики добавляли удобства. С каждым прилетевшим город раскрывался в новом свете, поддерживая оживление даже в спокойных уголках....
А может быть, он был не прав? Может быть, зря он его вычеркнул, от него отказался? Теперь кажется, что да… Но – ничего не попишешь и не исправишь."
"Он не должен был, не должен. Он сам обрек себя на сиротство – по доброй воле. А отец был, до вчерашнего дня был! Только сейчас Лагутин остался один.
А мама, впервые задумался он, разве она бы приняла его позицию? Да наверняка нет! Его мудрая мама отца бы поняла – негоже нестарому и полному сил мужику оставаться вдовцом. Он представил: что, если бы мама была жива и подобное случилось бы с их знакомыми? Конечно бы, мама не осудила бы, нет! Она вообще никого и никогда не осуждала.
Невыносимые мысли, невыносимые. Он виноват, он, Лагутин! Господи, ведь взрослый мужик – сам нахлебался по полной. У самого не сложилось. Ладно тогда, в юности, а позже, став взрослым, почему он так и не понял отца, почему не простил?
Поздно. Все закончилось, ничего не исправить и никого не вернуть.
Какой же он остолоп! Правильно говорила мама: «Твое упрямство, Леша, до добра не доведет».
Вот и не довело…
Нины дома не было, ушла по делам. Ей надо искать работу, надо на что-то жить. Выживать. Рассчитывать не на кого – она тоже одна. Но он мужик, а она женщина.
На кухонном столе, накрытые салфеткой, лежали пирожки – те самые, которые она напекла ему в дорогу. Он усмехнулся и надкусил один – вкусно, да еще как! Да нет, найдет она работу, конечно, найдет! Милая женщина и такая умелица.
Лагутин посмотрел на часы – надо бы поторопиться.
Зима. Вовсю сверкали гирлянды – украшены были витрины магазинов, подъезды домов, арки и фонари.
В здании аэропорта он увидел цветочный киоск. Купить цветы? Кому? Даше? Глупости какие. Хотя встречают же близких с цветами, тем более женщин. Да, два букета – ей и Насте, маленькой женщине. Он выбрал букеты и пошел в зал ожиданий.
Минут через десять объявили, что самолет из Барселоны приземлился.
Лагутин взмок от волнения.
Он вглядывался в толпу и искал глазами дочь и бывшую жену.
Руки вспотели и дрожали. Во рту пересохло.
Наконец он услышал знакомый голос:
– Лагутин, я тут!
Он увидел стройную фигуру в черном длинном пальто. Даша. Она махала рукой и улыбалась.
Рядом с ней никого не было.
Через минуту она подошла к нему и дежурно чмокнула его в щеку.
