Автор
В черное-белую оценку своей жизни всегда верила. Но однажды нежданная встреча заставляет меня переосмыслить все мыслимые аспекты этого градостроительства, отражающего добро и зло. Этот роман – глубокий дискурс на тему этики и эстетики в мире черных теней и белых светов....
Пока парень проглатывает горькую пилюлю, неожиданно полученную от меня, я, почувствовав облегчение, что сразу поставила все точки над i, любезно предлагаю:
– Чай?
Ваня машинально кивает, и я нажимаю на кнопку чайника и начинаю убирать грязную посуду со стола, чтобы чем-то себя занять, в душе расстраиваясь, что вместо совместного ужина с мамой и просмотра фильма в свой долгожданный выходной мне приходится убивать его с увальнем, который даже не в состоянии обидеться на мои слова и с гордо поднятой головой уйти, бросив мне на прощание что-то типа того, что не очень-то ему и хотелось приглашать меня в куда-то.
Когда посуда заканчивается и чайник закипает, я ставлю на стол чайную пару и все принадлежности для чая, и пусть не слишком любезно с моей стороны заставлять гостя самого обслуживать себя, но я таким образом беззвучно выражаю свое недовольство тому, что он никак не поймет, что ему давно пора уйти.
Я перемыла все, что сложила в раковину, убрала оставшиеся продукты, вытерла все поверхности, а мой незваный гость по-прежнему не расправился с чаем.
– А ты будешь чай?
– Нет, – звенят три буквы, вылетевшие из меня, как прут, разрезающий воздух.
В этот момент мобильный в кармане джинсов начинает массировать пятую точку своей вибрацией и отвлекает меня. Освобождаю его от матерчатого плена и, прочитав на экране Надя, удивленно подношу телефон к уху.
"– Привет.
– Привет. Дома?!
– Да.
– Можно к тебе подняться или сама спустишься?!
Кидаю взгляд на Иванушку-дурачка и произношу «поднимайся», очень надеясь, что появление моей подруги напомнит этому увальню, что он засиделся.
Не желая, чтобы звонок будил маму, если она задремала, едва разъединившись, иду в коридор и отворяю дверь. Спустя пару минут Надя с непривычно собранными в хвост волосами, в джинсах и толстовке в темных пятнах от дождя появляется на лестнице.
– Удивила, – бросаю я ей.
– Сейчас удивлю еще больше! – улыбаясь, отвечает мне девушка.
Брови взлетают, и я выжидающе смотрю на нее.
Наде нравится держать интригу, и она произносит:
– Ты меня в квартиру для начала пусти.
Впускаю подругу и вместе с ней возвращаюсь на кухню и выжидающе смотрю на Ваню. Надеюсь, его программа воспитания не дала сбой, и он возьмет ноги в руки и наконец исчезнет.
