Автор
В черном мире предательства и стремлений ставит вас на грань долга и совести в роман "Черное и белое". Начало пути для главной героини - путешествие за границу, где она вынуждена бороться за свою безопасность и честь. Атмосфера мрачная и напряженная, но с подспудным движением добра и предательства в каждом персонаже.
Царица ночи в самом что ни на есть тарантиновском смысле… И тут… бац!
— Видела бы ты своё лицо, — вытираю я слёзы… — Такого удивления я в жизни… а-ха-ха…
— Оторва! — сердито говорит она и… тоже начинает смеяться.
— Что?!
— Прекращай ржать! — пытается приказать она сквозь смех. — Где ты её нашёл?!
Когда в кабинет заходит Толик, он нерешительно останавливается и, похоже, не сразу понимает, плачем мы или смеёмся, и почему обнимаемся. Вернее, мы не обнимаемся, просто Ирка держится за меня, чтобы не упасть от смеха. Лишь бы истерики не случилось.
Отсмеявшись я прощаюсь с Новицкой и иду к себе в кабинет. Замяли, короче. Ирка молодец, я её по-своему люблю и даже, наверное, понимаю… Или не понимаю, но какая разница, она-то меня любит тоже очень и очень «по-своему». И это очень даже неплохо, если бы все мы могли любить друг друга, ничего другого и делать не нужно было бы… Ладно, на этом и остановимся. Впрочем, это только моё мнение, оно может отличаться от мнения Новицкой…
У Толика громыхает «Рэйнбоу»:
I see a rainbow rising
Look there, on the horizon…
Дио старается изо всех сил. И мне кажется, сейчас я вместе с ним вижу, как над горизонтом восходит огромная радуга. После дождя всегда появляется солнце. Или часто…
— Наташ, привет, — говорю я позвонив домой. — Привет. Я всё. Анатоль, прошу, сделай потише… Спасибо. Слушай, а давай мы с тобой поужинаем где-нибудь… например, с видом на Кремль. Что скажешь?
— Я вообще-то курицу венгерскую урвала сегодня. Думала, в домашней обстановке… Ой, я же Марину пригласила.
Блин! Сердце сжимается…
— Она сейчас с тобой что ли? — спрашиваю я.
— Нет ещё, но скоро придёт, звонила недавно.
— Слушай, ну её нафиг, Марину твою. Давай вдвоём побудем.
— Блин, ну неудобно же… — вздыхает Наталья.
— Перезвони ей, скажи, что я тебя срочно вызываю.
— Она спросит зачем…
— Ты серьёзно? Мы что, должны отчитываться перед ней?
— Ну, а что я скажу, типа не твоё дело что ли?
— Скажи, что не знаешь, — предлагаю я.
— А она возразит, что ты мной помыкаешь.
— А ты ответь, что тебе это нравится.
Повисает пауза…
— Ладно, — наконец, соглашается она. — Я придумаю, что сказать…
— Ну, и хорошо, я через двадцать минут подъеду.
Машина останавливается у подъезда, и я хлопаю Лёху по плечу кивая на улицу. Он сразу врубается и выходит.
— Нашли что-нибудь? — спрашиваю я.
— Нет, ничего, — мотает он головой. — Все прошарили.
— Нужно будет со спецтехникой попробовать. Машина несколько дней стояла одна, могли и залезть.
