Автор
В черном мире предательства и стремлений ставит вас на грань долга и совести в роман "Черное и белое". Начало пути для главной героини - путешествие за границу, где она вынуждена бороться за свою безопасность и честь. Атмосфера мрачная и напряженная, но с подспудным движением добра и предательства в каждом персонаже.
Это, надо сказать, заявка на высшую лигу. Я чуть улыбаюсь.
— Что скажешь, Брагин? — поворачивается ко мне седой сухарь.
— Я, Михаил Андреевич, прямо с аэродрома поехал на базу подготовки учащихся, — нагло вру я. — У нас через несколько дней смотр строя и песни назначен, приедут представители от школьных комсомольских организаций Московской области. Будем рады, если и вы сможете посмотреть, как ширится движение юных патриотов. Вот Борис Николаевич собирался приехать.
Пастухов хмурится, пытаясь, вероятно, припомнить, когда это он собирался посещать какие-то дурацкие смотры строя и песни.
Суслов поворачивается ко мне и на этот раз рассматривает внимательно. Смотрит, смотрит, а потом чуть поводит головой, типа, ну надо же, такая сявка, оказывается, а туда же…
— Ну что, — наконец, кивает он, — хорошее дело затеяли, товарищи. Не зря Леонид Ильич лично поддержал начинание и доложил об этом на съезде. Вам оказывается огромное доверие, не забывайте об этом. Нужно его оправдать и с честью выполнить все взятые обязательства. Продолжайте и будьте последовательными, и идеологически чистыми. Вы наше будущее, будущее великой страны. Ведь мы её отдадим именно в ваши руки.
Если бы в наши. Вы страну в руки Горбачёва отдадите. Не вы лично, конечно, вам-то уж немного осталось… Так что, не дожали вы своего оппонента…
Делегация вслед за Сусловым направляется на выход. Поравнявшись со мной, он останавливается и, ещё раз качнув головой, снова обращает на меня свой взор.
— Запомнил, что я сказал? — спрашивает он, останавливаясь.
— Да, — киваю я и повторяю его слова, произнесённые во время сеанса телефонной связи. — Никаких хулиганств.
— Смотри, ты у меня на карандаше.
Он отворачивается, кивает сам себе и идёт дальше. Пастухов, да и Мишин с Новицкой смотрят на меня с удивлением.
— Никаких хулиганств? — переспрашивает Ирина, когда боссы уходят в свою башню из слоновой кости. — Ты полон сюрпризов, Брагин… И девка твоя…
— Ну прости, — пожимаю я плечами, и… неожиданно начинаю смеяться.
Сначала тихонько, а потом не в силах остановиться, хохочу во весь голос. Вся вчерашняя ситуация вдруг предстаёт дикой и, вместе с тем, жутко комичной."
"В голове мелькают картинки со вчерашнего вечера, трансляция из бара в гостинице «Латвия»… Ирина… Вот она хмельная ламия, способная зачаровать, свести сума и обратить любого мужика в камень, а в следующее мгновение расплавить и обжечь жидким огнём, подчинить и превратить в раба и послушного зомби.
