Автор
В черном мире предательства и стремлений ставит вас на грань долга и совести в роман "Черное и белое". Начало пути для главной героини - путешествие за границу, где она вынуждена бороться за свою безопасность и честь. Атмосфера мрачная и напряженная, но с подспудным движением добра и предательства в каждом персонаже....
— Рад вас видеть. Простите, что лично не встретил, но я вот сам только прилетел. В Минске был на совещании.
Злобин поднимается и они тепло обнимаются. Смирнов тоже встаёт из-за стола, и я, естественно.
— Ну, Володя, что тут у нас за ЧП?
— Кухарчук, тот самый, зам начальника следственного отдела отчебучил. Спортсменку арестовал безо всяких обоснований.
— И где она сейчас?
— Выпустили уже.
— Кто приказал? — хмурится Пуго. — И почему без моего согласия?
— Приказал Бешметов по моей просьбе…
Пуго сверкает глазами, но в присутствии посторонних тему не продолжает, хотя и замечает:
— Чтобы больше такого не было!
— Так точно, — хмуро кивает Смирнов.
— Хорошо, что всё можно поправить, да? — сердито бросает его шеф.
Я настораживаюсь. Что он хочет поправить? Опять Марту схватить? Неизвестно, что… она успела наговорить…
— А это у нас… — поворачивается он ко мне.
Лицо кажется простоватым, даже деревенским, а вот глаза… глаза у него совсем непростые. Сосредоточенные, живые, излучающие мощную энергию.
— Брагин, Егор Андреевич, — представляюсь я. — Сотрудник ЦК ВЛКСМ, инициатор создания ВМПО «Факел», кавалер ордена «Знак почёта» и медали…
— Хватит, уже понятно, — кивает он и поворачивается к Злобину. — Леонид Юрьевич, я у вас его заберу? Нажми, Володя.
«Нажми» адресуется Смирнову. Тот кивает и нажимает кнопку на столе. Я смотрю на Злобина, но он в это время смотрит на Пуго. Какого хрена, Леонид Юрьевич?
Дверь снова распахивается и на пороге появляется суровый офицер в форме.
— Забирайте! — командует Пуго, и, повернувшись ко мне, добавляет.
13. За семью я и убить могу
Вот это поворот, как говорится. Но какого хрена? Я уже спрашивал, повторяюсь… Идём. Ну ладно, хотя бы никто мне руки не заламывает, браслеты на запястьях не защёлкивает и всё такое прочее. Тем не менее, ситуация мне не нравится. То, что Злобин, заместитель Андропова, так внезапно слился ломает весь шаблон. Все мои представления о добропорядочных отношениях.
Страшно? Да хрен его знает, даже и задуматься не успеваю, потому что все мысли крутятся вокруг Де Ниро.
Идти нам оказывается недалеко. Подходим к кабинету, на табличке которого красуется табличка «Пуго Б. К.
