Автор
Статский советник Бахметьев был настоящим волшебником в зале: великолепный шустовский коньячок, сигареты из Египта и беседа о смешных случаях — все это словно вытесняло обычную повседневность. Но поручик Савельев уже готов был убежать из этого обволакивающего мира, когда в кабинете появился Чернокнижник, и его мир рухнул навз mee....
И думать грустно, что умерла эта красоточка давным-давно… а, впрочем, помня известное изречение… Все живы всегда, каждый у себя, и все для кого-то мертвые…
Он шарахнулся, выругавшись под нос: простой черный возок, больше напоминавший короб на полозьях, свернул к обочине прямо у него перед носом, так что полозья едва по носам сапог не проехались. И встал как ни в чем не бывало. Обложить, что ли, кучера в три этажа с присвистом и кандибобером? Мужичонка самого простого вида, экипаж явно не дворянский, так что заезжий немец, дворянин и прапорщик, вполне может себе позволить некоторую…
Додумать он не успел — потому что полетел головой вперед в моментально распахнувшуюся дверцу возка, кто-то ловко подставил ему подножку, схватил за локти, толкнул вперед…
В возке его моментально схватили за руки сидевшие там люди, так, что и пошевелиться не удавалось.
"Судя по скрипу снега, возок несся во весь опор.
— Вы что это такое затеяли, молодцы? Я секретарь князя Барятьева, прапорщик…
От затрещины по затылку у него искры из глаз брызнули, и он поневоле умолк. Кто-то рядом протянул с издевкой:
— Вот спасибо, ваше благородие, а то мы уж думали, что ошиблись и не того сграбастали… — и добавил лениво: — Сиди молчком, щучий потрох, а то упакую пасть чем ни попадя…
Савельев замолчал, лихорадочно пытаясь понять, во что влип и кто его похитители.
Вот об этом «или» думать категорически не хотелось. Судя по поведению и ухваткам его похитителей, это не воры-разбойнички, а некие власти.
Прошло минут десять.
