В тьмУпе словно нет ни единого звука — только собственные сердцебиения и глубокий промозолившийся воздух. Чуть свет, когда глаза еще не адаптировались к темноте, вырывает существо из состояния медленного безумия в холодную бесконечность — абсолютный мрак, где нет ничего, кроме себя и вечного покоя либо бесконечной тоски....
Похоже, «Черные ножи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Женщина отступила на пару шагов назад.
— Не убивай, я не при чем… меня заставили!
Краем глаза я заметил, что крышка с кастрюли, где варилась похлебка, чуть подрагивая, отползла в сторону. И наружу вылезла распаренная от долгой варки нижняя часть человеческой ноги без ступни. Не узнать эту часть тела было невозможно.
Толстуха бросила быстрый взгляд на кастрюлю и все поняла. Она закричала и бросилась на меня в последней отчаянной атаке, теперь лишь с голыми руками.
Я выхватил Вальтер, в котором оставался последний патрон.
Выстрел.
Деньги в спальне под половицей я отыскал быстро — там было много, я не стал даже пересчитывать, сложив все в заплечный мешок, набив его до верха. В тайнике оставалось еще много всего — я видел закрытые шкатулки, несколько промасленных свертков, явно с оружием, и прочие ценности. Но я не стал брать ничего лишнего и задвинув половицу обратно в исходное положение. В углу спальни я заметил две канистры с бензином или керосином.
Прихватив висевший у дверей тулуп, я вышел на улицу. Там я надел свое куцое пальтишко, после чего зашел в сарай. Девица бросилась мне навстречу, не смущаясь наготе своего тела, но цепь не дала ей сделать больше двух шагов.
— Я слышала выстрелы… — монотонно произнесла она.
Бедолага, хватит ли ей сил вернуть себе рассудок, или так и придется провести остатки дней в хаосе собственных мыслей.
— Твоих врагов больше нет, — пояснил я, отстегивая ножной браслет, — я убил их всех.
С сумасшедшими нужно говорить только так — спокойным, обыденным тоном, даже если ты рассказываешь о немыслимых делах.
— Их больше нет, — эхом повторила девушка.
Накинув ей на плечи тулуп, мы вышли из сарая."
"— Я отведу тебя к людям, там тебе помогут! — предложил я, но бывшая пленница внезапно вырвала свою руку из моей и бросилась в дом.
Я не стал ее преследовать. Не в моих правилах помогать кому-то насильно.
Выйдя за калитку и спустив, наконец, шарф с лица, я наткнулся на заляпанного кровью Леху, подбегавшего к дому.
— Ты ранен? — обеспокоенно спросил я, тут же начав вертеть друга из стороны в сторону, оглядывая на предмет повреждений.
— Цел… — устало отмахнулся он. — Это кровь псины… ух и лютая тварь оказалась! Едва меня не загрызла. Если бы не твой нож, сгинул бы ни за грош…
— Справился? — правильно понял я.
