Командир танка из 2040 года попадает в тело челябинского подростка в декабре 1942-го. Теперь Димка работает на легендарном Танкограде, где создают грозный Уральский добровольческий танковый корпус. Боец будущего должен помочь прошлому выковать оружие, которое фашисты назовут "Черными ножами".
Раздел Chitat.online для книги «Черные ножи» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Командир танка из 2040 года попадает в тело челябинского подростка в декабре 1942-го. Теперь Димка работает на легендарном Танкограде, где создают грозный Уральский добровольческий танковый корпус. Боец будущего должен помочь прошлому выковать оружие, которое фашисты назовут "Черными ножами".
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Командир танка из 2040 года попадает в тело челябинского подростка в декабре 1942-го. Теперь Димка работает на легендарном Танкограде, где создают грозный Уральский добровольческий танковый корпус. Боец будущего должен помочь прошлому выковать оружие, которое фашисты назовут "Черными ножами".
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Черные ножи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Наши будут здесь не раньше, чем через полчаса — быстрее им не добраться. Если бы мы не двигались на ремонтную базу и случайно не услышали бы зов о помощи, то о нападении на караван стало бы известно лишь часа через два, когда грузовики не прибыли бы к месту назначения.
Эх, будь мы хотя бы на пару километров ближе, и многие остались бы в живых.
Мы продвигались так осторожно, как только было возможно, и все равно чуть было не завалились боком в скрытый от случайного взора овраг, совершенно незаметный со стороны. Габуния едва успел остановить тяжелую машину и лишь потом негромко выругался по-грузински.
Я приказал ехать вдоль оврага, вскоре он закончился, и танк оказался примерно в полукилометре от того места, до которого мы стремились добраться. Лес густел, и продираться дальше было неразумно — слишком шумно, да и рано или поздно либо застрянешь, либо придется разворачиваться.
— Выпускай дрона, поглядим на лес сверху! — приказал я Степанову. Тот понятливо кивнул и вывел на монитор систему управление дроном.
Но ничего у нас не вышло. С радиоэфиром творилось нечто странное. Кто-то глушил все сигналы. Дрон не мог подняться в воздух. Даже мой хорошо защищенный, блокированный канал, кажется, приказал долго жить. У меня никак не получалось повторно выйти на связь со штабом: ни отослать шифрограмму, ни получить ответ. Тишина. Лишь треск статических помех. Спутниковые карты тоже отказались работать, остались лишь те, что были доступны без постоянного подключения.
— Отменяем дрона, пойду на разведку, — решил я. — Надо поглядеть, кто там птиц пугает…
— Товарищ капитан, — Степанов был явно недоволен, — давайте лучше я схожу!
— Отставить разговоры, сержант! В случае опасности меня не ждать, вернуться к грузовикам, выйти на связь со штабом и доложить обстановку. Приказ понятен?
— Так точно, — мрачно подтвердили водитель и стрелок.
Я быстро отстегнул ремни, избавился от шлемофона и бронежилета, оставшись лишь в огнезащитном комбинезоне, затем открыл входной люк, расположенный сбоку корпуса и мягко спрыгнул на елово-моховый настил под ногами, держа в руке пистолет — обычный ПЛ-15* калибра 9 мм, простой и надежный.
*ПЛ — пистолет Лебедева.
— Если через сорок пять минут не вернусь, выбирайтесь отсюда, — напоследок приказал я.
Габуния тут же прикрыл за мной люк, и танк развернулся на месте, готовый в любую секунду двинуться в обратном направлении. После чего Габуния выключил двигатель, и воцарилась тишина, прерываемая лишь естественными лесными звуками.
Чуть пригнувшись, я короткими перебежками направился в нужную сторону. Солнце безжалостно пекло, о приятной прохладе, царившей в танке, можно было забыть. Встроить кондиционер в полевую форму не додумался еще ни один яйцеголовый.
