В тьмУпе словно нет ни единого звука — только собственные сердцебиения и глубокий промозолившийся воздух. Чуть свет, когда глаза еще не адаптировались к темноте, вырывает существо из состояния медленного безумия в холодную бесконечность — абсолютный мрак, где нет ничего, кроме себя и вечного покоя либо бесконечной тоски....
Похоже, «Черные ножи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как видно, многодневная смена закончилась, и тетка пришла домой отдохнуть, но тут между делом наткнулась на добытое мною оружие, и, разумеется, заинтересовалась им.
— Я очень надеюсь, Дмитрий, что ты не связался с плохой компанией, — медленно произнесла Зинаида Васильевна, внимательно глядя на меня. — Иначе, я сверну твою тощую шею вот этой вот самой рукой!
Она продемонстрировала для наглядности крепкий, мозолистый кулак. Самое главное, я на сто процентов знал, что тетя сдержит свое слово. Она была быстра в решениях, и, не задумываясь, отходила бы меня розгами, если бы посчитала это необходимым.
— Что вы! — искренне возмутился я, в душе радуясь, что не вру. — Это… хм… трофеи!
Тетка чуть прищурилась — а это был плохой знак, и я затараторил быстрее:
— Напали, пока домой шли… несколько их было, а нас двое — я, да Лешка. Отбились кое-как, отобрали кое-что!..
— Кое-как, кое-что! — передразнила Зинаида. — Что-то прежде я не замечала в тебе бойцовских качеств, да и в Лешке твоем тоже!
Черт! Так я и знал, тетку не проведешь.
— Повезло просто, — как можно более искренне пожал я плечами, — холодно было и скользко… один упал, второй тоже… ну мы и воспользовались ситуацией.
— Повезло, говоришь? Ладно… но чтобы этой гадости я в доме не видела! — она брезгливо кивнула на кастет и нож. — А сейчас брысь отсюда, мне отоспаться надо, двое суток на ногах.
Я понятливо закивал и быстро начал собираться. Обошлось и ладно. Отбрехался. Повезло, что тетка усталая пришла, не до меня ей. В обычном состоянии она запросто докопалась бы до истины, и никакие уловки не помогли бы.
Одевшись, я уже собрался было выскочить из комнаты, но тетя резким жестом притормозила меня:
— Стоять! Кашу съешь, потом беги!
Оказывается, на столе, прикрытая деревянной дощечкой, стояла тарелка с рассыпчатой пшенной кашей, сдобренной сливочным маслом. А рядом стакан, доверху наполненный жирным парным молоком, и кусок хлеба с тоненьким слоем масла.
"Получается, придя после нескольких суток изнуряющей работы, тетя Зина первым делом подумала обо мне, своем непутевом племяннике, приготовила завтрак и принесла его в комнату, не будя меня, давая возможность поспать лишнюю минуту. От такой заботы слезы чуть не выступили из глаз, но я лишь пробормотал в ответ:
— Спасибо! — и тут же отвернулся в сторону.
