В темноте только отчетливый мерцание тлеющих свечей и слабый свет из-под закрытых дверей. Марори медленно приходит в себя, чувствуя жгучую боль в голове и запах горелой плоти. Пальцы оставляют незаметный след на плече — это знак доверия и бдительности. Вокруг таит опасность, но она решительно отказывается уступить своей больной голове и сжигающему миру....
— Мааааар… - нараспев растягивал ее имя эрэлим.
Марори не знала, сколько времени прошло, прежде чем необычная ноющая нега начала отпускать ее из своего плена. Они так и лежали: она спиной к его груди, в тесном кольце его рук. Их сердца хаотично колотились, резонируя друг другу.
— Ты знал, что так будет? – спросила она, в приступе странной нежности поглаживая его окровавленную ладонь.
— Хочешь правду, нильфешни? Нет, не знал. Собирался просто заморочить тебе голову.
— Почему же не заморочил?"
"— Потому что ты все равно не будешь моей, а узнав тебя раз, я просто не смогу жить в мире, где ты будешь принадлежать кому-то другому.
— Что подумает Ти’аль, когда увидит нас вместе вот так?
— Тебе все равно, что он подумает. Хватит искать повод испытывать угрызения совести. Тебе было хорошо, твоя невинность никуда не делась, а я, как последняя сволочь, без последствий воспользовался твоей слабостью.
Ему пришлось повозиться, чтобы укрыть их обоих одеялом. И он не стал противиться, когда она повернулась к нему лицом. С молчаливого согласия Марори эрэлим снова обнял ее, прижал к себе, уткнулся подбородком ей в макушку.
— Засыпай, нильфешни, и ни о чем не беспокойся.
В ту ночь она плавала в сновидениях, где был лишь бескрайний радужный океан.
А когда проснулась, то обнаружила эрэлима полностью одетым.
Штанину джинсов загипсованной ноги пришлось разрезать, из-за чего эрэлим выглядел каким-то потрепанным. Она не спешила давать знать, что проснулась, просто наблюдала за ним из-под полуприкрытых век. Марроу опирался на костыль – наверняка его принес Ти’аль, – то и дело присаживался на свободный край кровати и приглаживал растрепанные волосы.
— Я знаю, что ты не спишь, нильфешни, - разоблачил он ее, сидя к ней спиной.
Она поднялась на локтях, зевнула и с удивлением обнаружила на прикроватной тумбочке тарелку с разрезанным на части яблоком и горстью конфет в ярких обертках. Моргнула, пытаясь придумать, как реагировать на происходящее, – и просто потянулась за угощением.
— Спасибо, хорошо. – Она уткнулась взглядом в посыпанный молотыми орехами шоколадный шарик, понимая, что краснеет.
— Завтракать будем в кафе, Ти’аль уже пошел делать заказ.
