В темноте только отчетливый мерцание тлеющих свечей и слабый свет из-под закрытых дверей. Марори медленно приходит в себя, чувствуя жгучую боль в голове и запах горелой плоти. Пальцы оставляют незаметный след на плече — это знак доверия и бдительности. Вокруг таит опасность, но она решительно отказывается уступить своей больной голове и сжигающему миру....
Он подошел к двери, взялся за ручку, но выходить не торопился: - Если ты уверена в своем Порождении, нильфешни, и в том, что оно будет тебе подчиняться, то попробовать можно.
— Уверена, - твердо, не задумываясь ответила она.
— И в том, что сможешь убить его, если оно выйдет из-под контроля?
— Этого не будет.
— Все так говорят, нильфешни, и все ошибаются. Ты не первая проклятокровная здесь. И все до тебя, всегда, - он выделил слово интонацией, - либо убивали своих фэлфаэров, либо позволяли сделать это другим.
— Я просто хочу жить своей жизнью. Я нашла дом, нашла друзей… а потом узнала, что я просто какой-то непонятный номер Тринадцать, и мне нужно снова все бросить, иначе я просто … уничтожу все, что мне дорого.
Марроу все же оглянулся.
— Я бы пустил себе пулу в голову, нильфешни. И то, что ты живешь со всем этим, заставляет меня думать, что свой выбор я сделал не зря, и рано или поздно, каждый тщеславный мудак получит по заслугам.
Глава третья
Орнамент занимал всю спину, плечи, струился по плечам и убегал куда-то за пояс джинсов.
— Оно убивает ее, Флоранция, - сквозь зубы прошипел эрэлим. – Вы же видите. Никому не под силу контролировать такое.
— Я вижу, - ответила та.
Марори повернулась, стыдливо прикрылась руками – и кто-то из ученых накинул на ее свой халат. Она не нашла слов даже на простую благодарность.
— Мой светлый потенциал меня убивает? – Она знала, что права, поэтому не ждала ответа.
"— Тебя убивает не твой светлый потенциал, Марори. – Флоранция старалась казаться уверенной, но сейчас она вновь была лишь женщиной, не способной справиться с неизвестным. – Темное и Светлое в тебе сплелось слишком сильно. Никогда раньше такого не видела. Нильфешни всегда в той или иной степени вольны выбирать, какая часть их станет предопределяющей.
