28 июля 1890 года, в окрестностях Ростова-на-Дону. Солнце жадно сжигает степную землю, а черные тучи надвигаются из востока, создавая непреодолимый ветер. Раздавался отдаленный писк сусликов и гул рыбы на Дону, поднимаясь к лесам на берегу. В воздухе пахло сухостью и жарой, всё вокруг окутывало таинственным шепотом природы, как в зазеркальной сказке....
Горничная покойного упоминала, что у него имеется магазин музыкальных инструментов на Большой Садовой, в доме Шушпанова, как раз напротив моей гостиницы. Вот и отлично. С ним мне и нужно встретиться».
Студент оставил на столике медь и тростью махнул извозчику. Коляска подкатила. До «Гранд-отеля» автомедон домчал так быстро, будто в упряжке был Пегас, а не мышастая лошадка, много повидавшая на своём веку. Расплатившись с возницей, Клим направился в гостиницу.
Портье, видимо не ожидавший увидеть Ардашева, застыл, как водяной на морозе.
— Господин Ардашев, куда вы? — выдавил из себя служащий отеля.
Студент остановился, и повернувшись, ответил:
— Что значит куда? К себе, естественно.
— Но, видите ли-с, — дрожащим голосом проблеял тот, — полицейский сказал, что вас арестуют. И надолго. Назад вы уже не вернётесь. Я велел горничной собрать ваши вещи и отнести в кладовую. Только выяснилось, что никаких вещей у вас нет, кроме чемодана погибшей дамы и ношеного белья.
"— Что? Разве нумер вперёд не оплачен? Да как ты посмел? — вскричал Ардашев. — Что значит, не было никаких вещей? Они были! И очень ценные! Ах ты, вор! Тать каторжный! А ну-ка бегом за городовым! Я кому сказал — бегом! — надвигаясь на пятившегося назад портье, кричал Ардашев, поигрывая тростью. — Ты сейчас сам пойдёшь по этапу! В Сибирь! На рудники! В кандалах!
— Клим Пантелеевич, право, успокойтесь? Что случилось? — послышалось рядом.
Студент повернулся. Испуганными глазами на него уставился Тарасов.
— А, это вы? Уж простите, что не успел отходить этого мерзавца тростью до вашего появления. Но ничего, время ещё есть. День длинный. — Студент вновь глянул на портье и гаркнул: — Ты меня понял? Зови управляющего или полицейского. Выбор у тебя небольшой, скотина. И быстро!
Портье исчез в конце вестибуля.
— И всё-таки что стряслось? — осведомился фокусник.
— Помните, я вам рассказывал про даму?
— Которую вы у меня отбили?
— Нет, про другую.
— Которой вы отдали сто рублей и она вас бросила?
— Не так чтобы совсем бросила, — пожал плечами студент, — она письмо мне написала, но не успела отправить. Её убили и в этом преступлении полиция подозревала меня.
— Убили? По-настоящему?
— А как же можно убить ещё? — окинув собеседника взглядом с ног до головы, спросил Ардашев. — Второго дня её толкнули под колёса поезда.
