28 июля 1890 года, в окрестностях Ростова-на-Дону. Солнце жадно сжигает степную землю, а черные тучи надвигаются из востока, создавая непреодолимый ветер. Раздавался отдаленный писк сусликов и гул рыбы на Дону, поднимаясь к лесам на берегу. В воздухе пахло сухостью и жарой, всё вокруг окутывало таинственным шепотом природы, как в зазеркальной сказке....
— Нет, милейший, — нахмурив лоб, ответил студент, — никакого недоразумения нет. Речь идёт о преступлении. Разобраться в том, умышленное ли оно было или совершенно по неосторожности, — удел дознания. Виновником этого правонарушения является вот этот субъект, именующий себя портье, хотя я бы не доверил ему служить даже коридорным… У меня похитили ценные археологические находки, являющиеся одновременно уликами по нашумевшему в Ростове делу — убийству господина Верещагина. Небось слыхали? Так вот теперь вещественные доказательства пропали.
"— Послушайте, господин Ардашев, ну зачем сразу телефонировать в полицию? — конфузливо замигал глазами Безобразов.
— Четыре наконечника от стрел эпохи бронзы. Всё остальное меня не интересует. Сорочки и бельё можете оставить себе.
— Не беспокойтесь, отель приобретёт новые. Я протелефонирую в магазин мужской одежды и вам принесут всё, что необходимо, — заверил управляющий и что-то шепнул на ухо портье.
Тот стремглав бросился к стойке, взял ключ с биркой и, протянув его Ардашеву, сказал:
— Примите, пожалуйста, ключ от сорок пятой комнаты.
— Наконечники отыщите обязательно. Они лежали в пустой пачке папирос «Скобелевские», — уже примирительным тоном выговорил студент.
— Благодарю! — изрёк портье и кинулся к двери, ведущей во двор.
— Надеюсь, инцидент исчерпан? — робко осведомился управляющий.
