Великая Темнота – на глаза и Великая Пустота – на остальные органы чувств! Длилось это состояние недолго: совсем недалеко – по космическим меркам – отыскалась планета, по массе и размерам приблизительно равная Земле, а с другой стороны Спутника светила в инфракрасном диапазоне остывающая звезда, коричневый карлик с температурой поверхности около тысячи градусов. Мальгин вздохнул с облегчением, в другое время показавшимся бы смешным: звезды и планеты еще существовали в это время, просто плотность их распределения в пространстве в результате расширения вселенной стала мизерной. Но впечатление глухоты осталось. Космос был нем! Великое Молчание, бездонным океаном рухнувшее на голову человека, тщетно пытавшегося услышать радиоголоса и пси-переговоры разумных существ, заставляло напрягать слух до предела. Даже обычные фоновые излучения почти отсутствовали в этом удивительном пустом «плоском» пространстве, где в кубическом метре элементарные частицы можно было пересчитать по пальцам.
Луна и солнце побледнели,Созвездья форму изменили,Движенье сделалось тягучим,И время стало как песок…[169]– Что? – спросил Мальгин пересохшими губами. Опомнился: он говорил сам с собой. Пробормотал: – Где они, эти созвездия? И каким образом, хотелось бы знать, я найду Вершителя, если здесь атом от атома находится не ближе, чем звезды от Солнца в мое время?
Никто не ответил. Мальгин был совершенно один, не считая полусдохших автоматов Спутника, на этом обломке, сиротливом памятнике какой-то технологической цивилизации, может быть, и человеческой. Он был один на многие миллионы световых лет, и, вопреки уверениям самого первого из Держателей Пути, никто не спешил к нему на помощь.
Тупик, подумал Мальгин с неожиданным спокойствием. Кажется, я достиг конца пути. Запас инерции удачи кончился. Финиш.
И снова никто не ответил ему. Молчал Спутник, молчал недалекий коричневый карлик – не Солнце ли на самом деле? Молчал космос. И молчала память, не человеческая – маатанская, память «черных людей», знавших множество удивительных вещей и не способных обратить их себе на пользу.
«Ладно, посмотрим, – сказал Мальгин неизвестно кому. – Я еще не умер, да и не все узнал, что хотел. Интересно все же, чей это след и почему он сохранился так долго».
Он имел в виду развалины Спутника."
"За час он обследовал те помещения гигантского сооружения, которые посчитал главными, и сделал три вывода. Первый: Спутник был если не последним, то одним из самых последних искусственных городов, предназначенных для автономного обитания вне звездных систем.