- В Черном Фениксе Академии ХИЛТ происходит история о непростой подруге главной героини, которую она спасает и которая впоследствии оказывается ключевой в揭开的秘密. Атмосфера мрачна и напряжена, нарастающая эмоциональная ярость и ненависть к темным силам академии тянется над всем происходящим....
Не получилось, я успела раньше, на пару секунд, но их хватило, чтобы оказаться в небе и набрав высоту, спикировать на спину дракона.
Я рвала когтями его плоть, совершенно обезумев от этого действа. Я хотела причинить боль, я желала подавить его своей силой, заставить отступиться от нас с мамой.
Борьба выматывала, дракон носился по полю как оглашенный, желая скинуть меня со своей спины, он катался по земле и пару раз я практически потеряла сознание от боли, но все также продолжала цепляться за его спину, и исторгать из себя пламя.
— Риша, остановись! — отчаянный крик матери, обрушился подобно лавине. — Остановись!
Но даже если бы не ее просьба, я все равно бы повисла сломанной куклой на боку дракона.
Я знала, что и ему досталось, но из нас двоих в самом плачевном состоянии была именно я. В какой-то момент я стекла на песок, по телу прошла судорога, я выгнулась и с удивлением отметила, что вернулась к человеческой форме. Вскользь отметила, что дракон больше не нападает, да и дракона-то, кажется, тоже нет… А вот мужчина вполне себе появился, окровавленный, хромающий, он упорно шел ко мне.
А затем и вовсе опустился передо мной на колени и властно потребовал:
— Спи!
Глава 2-1
Глава вторая
Пробуждение было приятным. Во-первых, от того, что рядом находилась мама, которая гладила мне волосы, нежно касалась моих щек, и пела колыбельную. Прямо как в детстве.
Во-вторых, меня наполняла невероятная энергия, теплая, родная и… долгожданная?
Я не понимала природу этих ощущений, но впервые чувствовала себя цельной.
— Меня, — подсказало сознание, — ты получила меня, хранительница.
Память обрушилась лавиной, заставляя меня зажмуриться. В голове пронеслись все события, которые случились с нами за последние… а сколько дней?
— Два, — подсказал все тот же голос. — Ты провела в беспамятстве два дня, хранительница.
Я понимала, что не сошла с ума. Пусть в это было сложно поверить и проще было списать все на сумасшествие.
— Кто ты и почему зовешь меня хранительницей?
— Потому что ты и есть хранительница. Но не я тот, кто должен тебе все объяснить. Мы поговорим, позже, твоя мама волнуется.
И мне пришлось подчиниться. Не потому, что хотела. А потому, что голос был прав, мама волновалась.
