Автор
Леди Лайонин проворковала под старым донжоном, где холодные январские ветры стучали по каменным стенам, будоража сердце лежащей внутри нее. Люси звалу, но толстые одеяла и теплый шатер были ее последним убежищем от морозов и беззаботного ожидания своего назначения.
Лучше иди сюда, Дейкр, садись у огня и не трать столько времени, любуясь собственной красой.
Дейкр рассмеялся и уселся на второй стул, небрежным взмахом руки отпустив слугу.
– Не мне оспаривать деяния Господни, но как случилось, что Он дал тебе внешность дьявола и нрав ангела, а мне – тело ангела и характер сатаны?
Ранулф отхлебнул горячего вина из чаши.
– Очень многие не согласятся по поводу того, какое тело считать ангельским, а какое – дьявольским.
Дейкр громогласно рассмеялся:
– Значит, ты согласен, что у тебя ангельский нрав? Я так и думал.
Увлекшись, мужчины не замечали худенькую крестьяночку, маячившую за спинками стульев. Но тут Мод сунула ей в руки большую корзину с маленькой метлой и лопатой и велела почистить очаг. Она не стала возражать, что чистка очага не входит в обязанности крепостных Ранул-фа, поскольку была рада подслушать разговор между Дейк-ром и мужем.
– Но я хочу знать, правда ли, что ты женился на молодой, но бедной девушке? – продолжал Дейкр.
Лайонин страстно захотелось увидеть лицо Ранулфа, но она только нагнулась еще ниже.
– Правда, – спокойно ответил Ранулф.
– И я слышал, что у нее какое-то дурацкое имя, вроде Львица. Так ее назвали из-за широкого, плоского лица, большого носа и полного отсутствия губ.
– А вот это – наглая ложь! – яростно взвился тот. Дейкр рассмеялся:
– В таком случае расскажи о ней и о том, почему ее отцу пришло в голову так назвать дочь.
Ранулф откинулся на резную дубовую спинку стула и начал говорить, так тихо, что голос доносился, словно с огромного расстояния.
– У нее рыжеватые волосы цвета львиной гривы и такие же длинные и густые. Зеленые глаза, которые затмевают блеск изумрудов. Прямой носик и полные, сладкие губы. Когда она сердится, одна бровь…
Он осекся и уставился в чашу с вином.
– Продолжай. Ты должен мне все рассказать. Как насчет остального? Может, она толста и кривонога?
– Дейкр! – прошипел Ранулф. – Ты слишком далеко заходишь! Не забывай, что говоришь о моей жене! Она не служанка, которая легко дарит свое тело кому попало!
– Понятно.
До Лайонин донесся смех Ранулфа – звук, которого она так давно не слышала.
– Я не попадусь на твою удочку. Поезжай в Мальвуазен и сам увидишь ее.
– Или спрошу Корбета. Уверен, что у него сложилось верное мнение о твоей таинственной жене.
Ранулф мрачно нахмурился:
– У Корбета слишком длинный язык.
– Мм… Ревность, и так скоро.
