В черном море, где холодные воды покрыты плотной пеленой льда, огромная ледяная глыба движется навстречу кораблю. Судно едет прямо на нее, но вместо борьбы с ледяным валом капитан решает изменить курс. Тем не менее, трое остальных ледяных хребтов следуют за ним и явно готовы к столкновению. В воздухе повисает напряжение, ожидая самого решающего момента....
Один?!
Нет, с кучей свидетелей, которых тоже придется убрать…
Март прикусил язык, чтобы не ляпнуть ничего лишнего. Ρавнодушно пожал плечами.
— Нет, конечно. Ты доедешь до замка, убедишься, что все в порядке и семейство Айрторнов под присмотром, и пошлешь ко мне в поддержку гвардейцев.
Поллоу на мгновение затих, обдумывая это предложение."
"— Α белых? Вдруг те будут сопротивляться и понадобятся щиты.
— И белых, — согласился Мартин. Отсутствие при себе пишущих принадлежностей неожиданно оказалось весьма кстати: так, по крайней мере, светлый не спросил, почему им не вызвать подмогу немедленно.
Гилберт покосился на него с сомнением, тем не менее все же кивнул. Предложение звучало логично, он не мог не признать. Кидать бездарных гвардейцев и неподготовленных белых в возможную засаду не имело никакого смысла.
— А куда их?..
— Старый домик лесничего недалеко от Пятилесок, они должны знать, — ответил Март прежде, чем тот успел задать вопрос, и взлетел в седло.
Поллоу в ответ фыркнул и гордо вскинул длинный нос к темному ночному небу. Мол, о чем речь, работает профессионал.
Мартин благодарно кивнул и покинул поляну первым.
И больше не оборачивался.
* * *«От указателя — полторы сотни шагов строго на север»…
— Сто сорок пять, сто сорок шесть… — считал Март вслух, пробираясь по снежным заносам.
Οстановившись, он прикинул направление и повернул на запад, на всякий случай заранее накрыв щитом себя и коня, чтобы не привлекать к себе внимания.
Будет, конечно, весело, если Жиль солгала, и подсказанный ею маршрут никуда не приведет…
Но нет, обещанная небольшая поляна оказалась ровно в том месте, где и должна была быть.
Мартин привязал коня и направился к дереву. Подойдя, зажег светлячок и подвел его к стволу. Жиль так отчаянно хотела выкрутиться, что дейcтвительно не солгала — на светлой коре была начертана темная руна.
