Третий роман историко-приключенческой тетралогии украинского писателя В. К. Малика продолжает захватывающий рассказ о борьбе украинского народа против иноземных захватчиков в XVII столетии. Запорожец Арсен Звенигора и его верные друзья вновь встанут на защиту своей родины, проявляя мужество...
Раздел Chitat.online для книги «Чёрный всадник» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Третий роман историко-приключенческой тетралогии украинского писателя В. К. Малика продолжает захватывающий рассказ о борьбе украинского народа против иноземных захватчиков в XVII столетии. Запорожец Арсен Звенигора и его верные друзья вновь встанут на защиту своей родины, проявляя мужество...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Третий роман историко-приключенческой тетралогии украинского писателя В. К. Малика продолжает захватывающий рассказ о борьбе украинского народа против иноземных захватчиков в XVII столетии. Запорожец Арсен Звенигора и его верные друзья вновь встанут на защиту своей родины, проявляя мужество...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Я н-не знаю, — ответил с запинкой. — Её выкрали ордынцы…
— Не спеши отрекаться! Подумай хорошенько…
— У меня было достаточно для этого времени.
— И все же, гетман, тебе придётся припомнить то, что ты так упрямо стараешься забыть или скрыть, — сказал, выступая вперёд, Звенигора. — Ты меня узнаешь?
Юрий Хмельницкий оторопело посмотрел на казака.
— Запорожец? Ты?!
— Да, это я… И я рад, что бог пока не лишил тебя памяти. Значит, должен хорошо помнить, куда упёк Златку!
— Далась она вам… Не знаю я!
— Вспомнишь, выродок! — воскликнул Арсен.
Он был страшен. Хрипло дыша, с горящим взором медленно подошёл к бывшему гетману, схватил его за шею обеими руками и встряхнул так, что у того чуть было голова не оторвалась.
— Все скажешь!.. Не заговоришь — тут тебе и конец! — Пальцы казака впились в грязную шею Юрася. — Выкладывай как на духу, изверг!
Юрась смертельно побледнел, захрипел. Глаза вылезли из орбит. С губ слетели шипящие прерывистые слова:
— П-пусти… Все с-скаж-жу…
Арсен ослабил пальцы. Юрась судорожно глотнул воздух, мотнул головой. Губы его стали серыми и бормотали что-то нечленораздельное.
— Ну, давай, давай! — снова тряхнул его Арсен. — И не вздумай врать! Не то…
Все затаили дыхание. Взгляды устремились на гетмана. Что он сейчас поведает?
— Та дивчина… меня оскорбила… — выдавил из себя Юрась, сжимаясь от страха. — Я не мог стерпеть такого…
— Так что ты сделал? — подбодрил его тумаком в бок Арсен.
— Я… Я приказал…
Голос бывшего гетмана сорвался и замер.
— Что? Выкладывай, наконец!..
— Приказал… отвезти её в Каменец и… — Юрась вновь умолк.
— Да говори ж, окаянный! — не стерпел Роман, сорвался с места, подскочил к Юрасю и занёс над его головой ятаган. — Не тяни жилы! Отсеку башку!..
— …и продать, — чуть слышно прохрипел тот.
— Продать! — в один голос воскликнули Младен и Ненко.
— Продать! — взревел Арсен. — Убью, негодяй!
Но Роман схватил руку друга.
— Постой, Арсен!.. Приди в себя… Если он скажет, кому и куда продали Златку, мы, черт с ним, оставим его в живых! — И повернулся к Юрасю: — Ты слышишь, гадюка? Говори!"
"Юрась позеленел. Его била лихорадка. Правду сказать он не хотел, так как больше всего на свете боялся великого визиря, к которому, как он думал, его приведут через несколько недель. Ведь признаться, что Златку он отправил в подарок великому визирю, — означало или умереть на месте от сабель этих сорвиголов, которые неизвестно откуда взялись, на его беду, или погибнуть в жутких муках у костоломов великого визиря.
— Я… Я не з-знаю, кому продали дивчину, — промямлил Юрась. — Но я з-знаю, кто её продал…
— Кто?
— Свирид Многогрешный… Он повёз её в Каменец… А потом я не интересовался её судьбой, — добавил он запинаясь и как-то неуверенно.
Арсен и Ненко насторожились.
