В супермаркете полный шквал гомонящих родителей и детей. Толпа кружит вокруг прилавков, где женщины изучают продукты на здоровье, мужчины выбирают колбасы и сыры. Высокомерные бульдоги и дикие чихуахуа цепляются за детские тележки, но в этот момент внимание к этому перехватывают ловкие мальчишки-чертики, скользящие между колесами, словно они — настоящие хитрые кошечки....
– Надо же – она конструктор первой категории! А я-то всю жизнь думала, что первой категории бывают только цыплята и говядина! Она меня учить будет! Вот отключу вас конкретно от воды и электричества, и посмотрим, кто какой категории и кем вам приходится Перышкин!
Ангелина Глебовна не могла не ответить на такой наглый и беспардонный выпад. Она высказала нахалке все, что думает о ней конкретно и обо всех наглых и безграмотных особах, занимающихся не своим делом.
Разумеется, в пылу разгоравшегося скандала она не услышала, как негромко скрипнула дверь хозяйского кабинета.
А наглая особа, представившаяся техником из жилтоварищества, неожиданно успокоилась, как будто утратила всякий интерес и к неправильно, по ее словам, установленному бойлеру, и к возмущенной Ангелине Глебовне.
Она еще раз взглянула на злополучный водогрей и произнесла странную фразу:
– Ну, раз уж вы ничего не хотите подписывать, придется перенести дело в Европейский суд…
– Куда? – поперхнулась Ангелина.
– В Гаагу, – ответила ее собеседница. – Ждите повестку. Вам позвонят или телеграфируют.
Она развернулась и покинула квартиру, оставив Ангелину Глебовну в полной растерянности.
Леня Маркиз остановил машину в квартале от антикварного магазина и неспешной походкой двинулся по улице Некрасова.
"В воздухе отчетливо чувствовалось приближение Нового года: вороны галдели, как будто распределяли билеты на детскую елку для своих воронят, девушки навстречу попадались как на подбор красивые, хоть прямо отправляй на конкурс «Мисс Вселенная», и даже молодой милиционер переходил улицу в неположенном месте с большим подарочным пакетом в руках.
Только у Лени было совершенно не романтическое настроение: ему нужно было срочно передать заказчику марку.
Поравнявшись с антикварным магазином, Маркиз взглянул на витрину.
Слон был на месте.
Слон был кошмарный: из зеленого фаянса в желто-красных завитушках, с кокетливо загнутым хоботом и белыми клыками, закрученными наподобие двух штопоров. Трудно представить человека, который в здравом уме и твердой памяти купит такое уродство.
