Автор
В Монтроуз-плейс, Лондоне, 15 марта 1816 года, клуб "Бастион" уже перешел из гостеприимного тусовочного состояния в динамичный сезон. Здесь хищники — шпионы, контрабандисты и наемные убийцы — готовятся к новому сезону охоты. Чарлз Сент-Остелл сидит за одним из восемьми престижных стульев, окаймленных красным деревом, наблюдая за тем, как Блейк предсказывает удачу в новых заданиях....
С окончанием войны те сведения, к которым он имел доступ, уже утратили свою былую ценность… Однако тут есть одна важная деталь: связь между Раскином и А.К. установилась в начале 1812 года. Именно тогда военные действия на море снова приобрели решающее значение. Начиная с 1812-го и вплоть до самой битвы при Ватерлоо существовала постоянная угроза движению судов, но сейчас на море особой опасности для кораблей уже нет…
— А это значит, — подхватила Алисия, — что Раскин уже больше не мог давать А.
— Само существование Раскина могло являться угрозой, если предположить, что А.К. занимает высокое положение в обществе и должен заботиться о своей репутации.
— Но если Раскин опустился до того, что стал шантажировать меня…
— Совершенно верно. Сам он, может быть, и не называл так свой поступок, однако, учитывая его долги, ему очень скоро понадобилось бы какое-то вливание денег, и он почти наверняка обратился бы к А.
— И поэтому тот решил положить конец их отношениям. — Алисия, наконец, сумела преодолеть свой испуг и понимающе кивнула. — Прекрасно. Значит, пока Раскин разглагольствует, А. К. закалывает его и уходит. Я иду по дорожке… — Тут она слегка побледнела. — Как вы думаете, А.К. видел меня? Секунду подумав, Тони отрицательно покачал головой:
— Это маловероятно: судя по всему, у него просто не было времени смотреть по сторонам."
"— Но откуда же тогда он узнал, что Раскин шантажировал именно меня? Неужели Раскин назвал ему мое имя?
— Тоже вряд ли.
Алисия зябко повела плечами.
— Но какие именно слухи?
— Говорят, Раскин шантажировал какую-то женщину — некую вдову.
— На свете много разных вдов…
— Это так, но лишь одну из них видели беседующей с Раскином незадолго до его смерти.
Алисия не сводила с него глаз…
— О, Боже мой! — внезапно вырвалось у нее, и она вскочила, глаза ее сверкали.
Круто повернувшись, Алисия бросилась к двери с такой прытью, что Тони едва успел схватить ее за руку.
— Да успокойтесь же! С ней там Маннингем… Алисия вспыхнула:
— А если все это спланировано с ним вместе? Тони с большим трудом заставил ее повиноваться:
— Мне нужно вам кое-что сказать.
