Автор
Ночной городский трафик громыхал в подземном мостике, когда Найджел Мюррей, ослабляя пристыковку к стенке камеры, наконец-то смог выбраться на свежий воздух. Воздух ощутимо чище и полнее дышался здесь, среди холмов Франции весны 1437 года. Земля сияла прозрачным зеленым — откуда-то доносился гул реки Аш....
Я не хочу больше прятаться за чужими спинами! Мне кажется, время стычек и сражений закончилось.
– Ты так уверила себя, что с семьей Дево можно договариваться, как с разумными людьми?
Она хмуро посмотрела на него:
– Помимо них, есть ведь к кому обратиться.
– Ладно, теперь можно больше ни к кому не обращаться. – Он протянул ей листок бумаги.
Жизели пришлось перечитать письмо раза три, прежде чем до нее дошел смысл написанного.
– Значит, за мной никто больше не будет гоняться?
– Никто! Вашеля Дево предупредили, что если он не оставит тебя и твоих родственников в покое, то для него это обернется серьезными последствиями.
– Они всегда так боялись Дево, их богатства и силы.
– Обида за то, как с тобой обошлись, помогла преодолеть страх.
– Господи, как мне хорошо! Как легко и свободно! Но мое освобождение дорого обошлось другим.
– Дорогая, они были убийцами, – осторожно начал он. – Твой муж заслужил свою смерть, но это совсем не значит, что то, как его прикончили, было правильно и законно. Кроме того, эти двое тихо сидели, пока бедная девушка отдувалась за них. Фактически они молча ждали, когда тебя убьют. Они поступили достойно, отомстив за изнасилование своей родственницы и побои. Но все обернулось бесчестьем, стоило им переложить свое преступление на невинную женщину.
– Я поняла. Но все равно жаль, что им пришлось умереть и что нет никакой другой возможности добиться справедливости для себя и своих родственников, а только отплатить убийством.
– Так что тебе нет никакой нужды ехать во Францию и изводить себя. Можешь вернуться со мной в Донкойл."
"Говоря это, он не спускал с нее глаз, выискивая малейшие признаки волнения и беспокойства. Она отводила глаза и с отсутствующим видом собирала и расправляла складки на старом, вытертом одеяле, покрывавшем скудную постель.
– Если все закончилось, значит, мне больше не нужна твоя защита. Ты сдержал клятву и не запятнал свою честь. – Ей не хотелось, чтобы между ней и Найджелом было какое-нибудь недопонимание в этом вопросе.
Найджел уселся рядом с ней, отметив, как она напряглась, когда он привлек ее к себе.
– Я прошу тебя вернуться в Донкойл совсем не из соображений чести...
– Мне есть, где жить. Я не бедная.
