В осеннем городе на реке Трясина надвигаются мрачные тучи. Учителя из четырех учеников исчезли один за другим, каждый в страхе и недоумении оставляя свой последний след. Ночь заволоклась дождем, гром ударило прямо над домом одной из ученых, прежде чем она погибла под неудержимой силой природы....
Нет, в таких вещах нельзя решать сгоряча».
Скоро разговор зашёл в тупик, и ребята всё-таки отправились в постели. К тому же не хотелось попадаться на глаза родителям, недовольным их поздним возвращением. Грозы едва удалось избежать, каждый наплёл первое, что пришло в голову.
Артур не мог уснуть, его точило странное ощущение: желание поскорее испытать триумф и спасти всех смешалось с непонятным зудом, заставляющим его молчать. Видимо, это был здравый смысл, от которого сейчас так хотелось отмахнуться.
Наутро, после завтрака Виола вызвала друзей в видеочат.
– Ребята, у нас в руках шанс спасти весь город, всех школьников. Я слышала, кое-кто думает уезжать, если школы в Трясине не будет. Мало кто хочет отправлять своих в интернат. Даже моя мама вчера вдруг сказала, что швеёй в столице устроиться проще простого. А я люблю Трясину, – жалобно сказала она.
– А я подумал, – взял слово Люк, – с чего мы решили, что те признались? У нас точно все доказательства?
Артур хмыкнул:
– Ещё бы! Дети в интернате выгодны миссис Робертс, раз! Может, ей за них платят.
– Этот момент я не помню, – засомневалась Роза.
– Ну Тонан же спросил её: «Чего ты там искала?» По-моему, всё одно к одному!
– А бедняга Мунк? – Виола пожалела незадачливого почтальона Трясины.
– Это уж полицейские сами разберутся, – мрачно сказал Артур. – Не знаю, что тут замешано, деньги, скорее всего, но люди могли пострадать. Если бы Мунк тогда ухитрился поджечь сарай. Или в школе был бы охранник, если бы не проводили тогда дезинфекцию!
– Ой! – всполошилась Виола. – У меня тут входящий, посидите тихо!
Девочка отошла от планшета к кровати, выудила из недр одеяла смартфон:
– Да.
Лицо Виолы на экране снова заслонило её комнату:
– Тётя просит к Буклям немедленно идти. Старушка опять плохо себя чувствует, а тётке на смену уже. Говорит, что всё маме объяснит. Надо идти.
Артур нахмурился:
– На нашем месте через десять минут.
В доме Белых Буклей терпко пахло травяными каплями. В спальне снова были опущены шторы.
