Рассвет над мрачной долиной был особенно ярким и светлым, контраст которого подчеркивал тень бездны за пределами лагеря драконов. На востоке появился первые лучи солнца, освещая белую пыль на земле вокруг умирающего всадника и его поверженного дракона. Это был день новобранца — самый трагический для всей армии....
— Без тебя не будет меня, Вайоленс, — сказал он, почти касаясь моих губ.
Не успела я ответить, как он развернулся к долине и поднял руки — возводя стену из теней.
«Иди! Я выиграю как можно больше времени!» — его руки тряслись от напряжения.
Каждая секунда значила слишком многое, особенно сейчас, когда могла стать моей — нашей — последней секундой.
Всего один удар сердца, и я оглянулась через плечо, чтобы увидеть, как позади, за спиной Тэйрна, догорал торговый пост. Горожане разбегались во все стороны, пытаясь спастись от виверны, которая кружилась у них над головой.
Второй удар сердца. Я втянула пахнущий гарью воздух и увидела, как одинокий грифон летит сквозь дымную мглу, а следом за ним — Гаррик и Имоджен на драконах, и понадеялась лишь на то, что остальные живы.
Третий удар сердца. Я снова повернулась к безжизненным телам Лиама и Деи и почувствовала, как ярость наполняет мои вены — быстрее, чем любая из когда-либо призванных молний.
"Ксейден… Не важно, насколько он силен, он не сможет сдерживать их вечно. Его руки уже дрожали, контролировать заклинание такой мощи становилось все труднее. И он умрет первым, если я не буду соответствовать тому имени, что он подарил мне под тем деревом много месяцев назад. Не буду жестокой. Вайоленс.
Там было несколько дюжин виверн — и всего одна я.
Мне придется стать таким же стратегом, как Бреннан, и такой же уверенной в себе, как Мира.
Весь последний год я провела, пытаясь доказать себе, что не похожа на свою мать. Что я не холодная. Не бесчувственная. Но, возможно, часть ее сути жила в моей душе — бо́льшая часть, чем я готова была признать.
Потому что сейчас, стоя над мертвыми телами своего друга и его дракона, единственное, что я хотела — показать вражеским тварям, насколько жестокой я могу быть.
Я опустила на глаза очки, повернулась к Тэйрну и быстро взобралась по лапе к нему на спину. Сейчас не было нужды просить его о взлете, сейчас, когда наши эмоции и мысли слились в одном стремлении. Стремлении отомстить.
Я застегнула ремни на бедрах, и Тэйрн воспарил с тяжелыми ударами крыльев. Окровавленная виверна пошла на второй заход, и он нацелился прямо на нее. Мне даже не надо было гадать, та ли это, что убила моих друзей. Все они умрут.
