Автор
В книге "Четвертое правило семьи Райс", Оксана Гринберга разворачивает драматическую сцену, где главная героиня из четырех заповедей своей семьи – не влюбляться без оглядки – начинает нарушать. Теперь ей предстоит полюбить того, кто непременно ее предаст, чтобы равновесие вернула Искра. Главная героиня искачет силы открывать сердце после множества потерь....
– Затем, что я не вижу ни тротуара, ни ступеней у кареты, – ядовитым голосом сказала ему. – Или же ты собираешься привезти меня к своему господину с переломанными ногами? Интересно, что Надир аль-Амман сделает за такое со своими наемниками?
Остарец не захотел этого узнавать, поэтому гасить светлячок я не стала. Еще и передвинула таким образом, чтобы тот освещал мою руку. Вернее, чтобы мальчишке было видно, что я сложила пальцы именно так, как показал мне Артан в Королевском госпитале.
Я надеялась, что он заметит этот знак, а затем передаст кому нужно.
Парламентер тем временем распахнул передо мной дверцу кареты, затем принялся подсказывать, где находятся ступени. Наверное, не хотел, чтобы хозяин снес ему голову или другие части тела, если в Остар доставят травмированную меня.
Вскоре я устроилась на жестком сидении, остарец уселся напротив и захлопнул дверь. Возница прикрикнул на лошадей, и мы тронулись в путь, набирая скорость.
В салоне повисла гнетущая тишина.
Карета катила по ночному Меерсу. Праздник к тому времени уже закончился, все разошлись по домам, и город уснул. Я смотрела на опустевшие улицы, гадая, куда мы направляемся.
Ну что же, пусть возница и выбрал малолюдный маршрут, но вскоре мне стало ясно, что мы ехали к порту. Конечно же, только так меня могли доставить в Остар – по морю.
Но вряд ли в порту Меерса покачивалась на волнах целая флотилия Надира аль-Аммана. Скорее всего, меня собирались вывезти из Хастора на незаметном и неказистом торговом судне под остарским флагом.
Наконец мы добрались до порта. Через ворота нас пропустили без досмотра и лишних вопросов – не сомневаюсь, что здесь не обошлось без звонких золотых монет, затмивших зрение охраны.
Карета покатила себе дальше – туда, где в тусклом свете фонарей темнели ряды складских помещений, – до тех пор, пока не остановилась возле одного из них.
Это было темно-серое угрюмое каменное здание, на вывеске над дверями которого я прочла, что оно принадлежит остарской торговой компании.
– Выходи! – приказал мне парламентер.
Пришлось подчиниться.
Дверь кареты распахнулась, и я ступила на влажную от ночного тумана мостовую, вдохнув полной грудью холодный воздух с горьковатым запахом моря, железа и старого дерева.
– Нам туда, – стоило карете уехать, как парламентер указал мне на остарский склад."
"Ну что же, еще через минуту я миновала крыльцо, после чего тяжелая дубовая дверь закрылась за моей спиной.
