Автор
В книге "Четвертое правило семьи Райс", Оксана Гринберга разворачивает драматическую сцену, где главная героиня из четырех заповедей своей семьи – не влюбляться без оглядки – начинает нарушать. Теперь ей предстоит полюбить того, кто непременно ее предаст, чтобы равновесие вернула Искра. Главная героиня искачет силы открывать сердце после множества потерь....
Внутри было прохладно и пахло сыростью. Между свернутыми в рулоны шелковыми тканями и тюками шерсти, в бледном свете магических светлячков, я высмотрела троих мужчин.
Кажется, все они были магами и довольно неплохими, хотя вибрации в дальнем конце склада казались мне смазанными.
Остарцы явно дожидались нашего приезда и тотчас же двинулись в нашу сторону. Тут появился и четвертый, из того самого угла. Он держал в руках браслеты из мегелита – и я уставилась на них, словно на ядовитого гада.
Тускло поблескивающий металл, казалось, впитывал в себя не только свет, но и высасывал радость из окружающего мира.
– Надевай! – приказал мне один из остарцев.
– Ну уж нет! – вскинулась я, сделав шаг назад. – Я и так сделала все, что вы от меня хотели. Пришла сюда, причем одна и даже не сопротивлялась, так что первую часть сделки я выполнила. Но теперь ваш черед! Докажите мне, что моя команда жива, и тогда я надену эти браслеты добровольно.
– Ты уже видела их вещи, – нехотя отозвался тот, кто меня сюда привез.
– Вещи-то я видела, – сказала ему. – Но, как известно, они не умеют разговаривать и не могут рассказать о том, что стало с их хозяевами!
Повисла тишина – но хорошо, хоть тот, который был с браслетами, перестал на меня наступать.
Я смотрела на остарцев, размышляя, что если они не смогут меня убедить… Не сумеют доказать, что моя команда жива, то, пожалуй, силы моего гнева хватит, чтобы справиться с ними всеми.
Ну или, по крайней мере, попытаться.
Присутствие мегелита лишало возможности пользоваться магией, а остарцы были явно физически сильнее меня.
Наконец еще один мужчина, стоявший у стены, двинулся в мою сторону. Подошел и сунул мне в руки небольшую латунную пластину, видом и размером напоминавшую те, которые вешали на домах рядом с дверным молотком.
– Знаешь, что это такое? – поинтересовался у меня. – Это магический импринт.
Я собиралась ответить, что понятия не имею, но не успела. Потому что поверхность пластины внезапно ожила, и от изумления я едва не выронила ее на пол.
В воздухе появилось четкая картинка, и у меня перехватило дыхание.
То, что сейчас происходило, напоминало Высшую иллюзорную магию, но ощущалась она совершенно иначе. Так, словно заклинание было заключено прямиком в пластине и теперь ожило, послушное приказу остарца.
Картинка вышла пугающе реалистичной – будто бы я смотрела своими глазами на происходящее в реальном времени.
