В огромной лошади, наполненной людьми словно плод инжира, семечками, зазвучали голоса и смех. Катарина из сосредоточенного молчания спросила: "Что там за шум?" Лусия, камеристка, увидев происходящее, сразу отвернулась, покачав головой. Агапит же смотрел на событие с завистью и любопытством. "Кого-то казнят", — прошептала Лусия, не в силах усидеть на мягком сиденье кареты....
Катарина не выдержала первой:
— Ничего не скажешь? — поинтересовалась она. — У тебя ведь всегда обо всем свое мнение. Ты тоже считаешь, что Хоэль — дьявол и решил всех погубить, чтобы завладеть состоянием дель Астра?
Компаньонка потупилась, сложила и разложила веер, а потом произнесла:
— Я не знаю, кто он, Кэт. И не знаю, какие цели он преследует. Но он и в самом деле не мог добраться до столицы, купить там противоядие и вернуться. Все это больше похоже на хитрый план, чтобы окончательно покорить тебя. Даже дон Тадео поддался Только и говорит о благородстве твоего мужа.
Что ответить на это? Катарина устало подняла глаза на подругу. Лусия стояла с самым непримиримым видом. Сказать ей, что Хоэль — дракон, и что для него дорога в три дня пути — это не расстояние? Совершенно невозможно.
— Я устала от тайн, — сказала она громко.
— Что? — переспросила Лусия.
— Я устала от тайн, — повторила Катарина. — И хочу попросить тебя об услуге — отправь письмо с почтовой каретой? Оно лежит на моем столике, в спальне.
Лусия сбегала и вернулась, держа аккуратно надписанное послание.
— Лиссабон? — изумилась она, прочитав адрес. — С чего вдруг ты пишешь в Лиссабон?
— Это деловое письмо. По счетам отца.
Удивленно покачав головой, Лусия ушла, унося письмо, а Катарина подумала, что не солгала — письмо и в самом деле было по счетам отца. Только коннетабль дель Астра не имел к этому никакого отношения.
Когда появился Хоэль, она рассказала ему новости. Он воспринял это настороженно, но без печали.
— Наверняка, не тебе одной эти гадюки отравили жизнь, — сказал он. — Жаль, я опоздал.
— Вовсе не жаль, — возразила Катарина. — Я рада, что небеса уберегли тебя от убийства.
— Небеса? — пробормотал Хоэль.
Катарина предпочла этого не услышать:
— Надо заняться похоронами, — сказала она и перекрестилась. — Я рада, что все закончилось."
"Но слова ее были преждевременны.
В Тьерге все только начиналось.
Прошла неделя, и одним солнечным утром в Каса-Пелирохо явились совсем иные люди.
Основания обвинения? Дона Хоэля Доминго видели одновременно в двух местах в один день.
