В огромной лошади, наполненной людьми словно плод инжира, семечками, зазвучали голоса и смех. Катарина из сосредоточенного молчания спросила: "Что там за шум?" Лусия, камеристка, увидев происходящее, сразу отвернулась, покачав головой. Агапит же смотрел на событие с завистью и любопытством. "Кого-то казнят", — прошептала Лусия, не в силах усидеть на мягком сиденье кареты....
"
"— Поменьше слушайте ее, добрый дон, — раздалось вдруг из кустов с другой стороны, и к забору вразвалочку подошел мужчина — еще молодой, одетый просто, но богато, смуглый до черноты — с явной примесью мавританской крови. Черная бородка придавала ему сходство с морским разбойником, не хватало только серьги в ухе, да разрушал образ заметный животик, нависавший над поясным ремнем. — Донна Инес, как все женщины, охоча до сплетен и часто выдает желаемое за действительное, — произнес он презрительно, достал из поясного кошелька замшевую подушечку и начал полировать ногти.
— Дон Хименес! — взвизгнула донна Инес.
— А что вы возмутились, моя дорогая донна? — спросил дон Хименес. — Разве я сказал что-то не то? — он повернулся к Хоэлю и сказал, протягивая руку для рукопожатия: — Так это вы тот самый королевский генерал, что убил свою жену? Дайте пожму вам руку.
Хоэль вместо ответа показал ему перебинтованные пальцы, забранные в деревянные лубки. В этом случае увечье сослужило ему хорошую службу. Жать руку тому, кто полирует ногти, совершенно не хотелось.
— Да, вам несладко пришлось, понимаю, — важно кивнул дон Хименес. — Но что такое перебитые пальцы по сравнению со свободой? Я слышал, как вы отказывались жениться на дель Астра. Смелый поступок. Такой же смелый, как когда вы прорвали окружение возле Эль-Фуэнте. Я, кстати, тоже тогда воевал, даже был ранен.
— Вот как, — коротко сказал Хоэль, понимая, что этот человек выбешивает его одним своим видом. Тогда, под Эль-Фуэнте, из двухсот его солдат осталось всего двадцать семь, и дона Хименеса среди них точно не было.
— Я бы тоже выбрал виселицу, а не дель Астра, — продолжал дон Хименес. — Но рад, что вы остались живы. И уверен, что эта чертова донна ничего с вами не сделает, — он подмигнул Хоэлю. — Если ее постигнет участь вашей прежней жены — никто плакать не станет.
— Какие ужасы вы говорите! — зажужжала с новой силой донна Инес. — Все в нашем городе любят донну Катарину и сочувствуют ее горю всем сердцем! Жить проклятой — это ужасно тяжело!
— Проклятой? Да вы бредите, донна, — ответил дон Хименес.
— Дон Анджело тоже в них не верил, — ядовито сказала донна Инес. — И где он сейчас?
— Анджело был глуп, хотя и кичился образованностью, — не сдавался дон Хименес. — Купился на деньги, красоту и титул, не разглядев под розой змею.
— Это вы про что? — мрачно спросил Хоэль.
— Да, объяснитесь-ка! — потребовала донна Инес, упирая руки в бока.
