В огромной лошади, наполненной людьми словно плод инжира, семечками, зазвучали голоса и смех. Катарина из сосредоточенного молчания спросила: "Что там за шум?" Лусия, камеристка, увидев происходящее, сразу отвернулась, покачав головой. Агапит же смотрел на событие с завистью и любопытством. "Кого-то казнят", — прошептала Лусия, не в силах усидеть на мягком сиденье кареты.
Прочитав адрес отправителя, он усмехнулся, чем окончательно вывел Катарину из себя.
— Это смешно, по-вашему?! — ей хотелось надавать нахалу пощечин, но благоразумие останавливало. Да и благородные донны не рукоприкладствуют, а падать так низко ради ничтожества она не собиралась.
Да! Ничтожество!
Строил из себя благодарного, болтал, что заплатит за вафли, а сам…
— Как вы посмели решить за меня, где хранить мои деньги? — произнесла она, выражая взглядом все презрение, на которое была способна. — Наша семья пользуется услугами банка Медичи уже много лет, а вы… вы… И что это за распоряжение, что снимать со счета можно только с вашего письменного разрешения?! Вы кем возомнили себя?
— Давайте-ка вы успокоитесь, и я все объясню, — примиряющее сказал Хоэль.
— Это можно объяснить?!
— В два счета, — заверил он. — Не беспокойтесь, ваши деньги останутся у вас, донья.
— Благодарю, — с иронией произнесла Катарина. — Конечно, вам нет необходимости брать мои деньги. Вы же взяли беспроцентную ссуду под мое состояние.
— Ну что вы кипите, право слово
— Мне порадоваться вашей наглости?!
— Мне нужны были деньги, я уже передал вашему секретарю ту сумму, что вы потратили на уплату штрафа, и за проживание, и за лекаря
— Сейчас я заплачу от умиления!
— И еще я выгнал к чертям вашу кухарку.
— Что?!
— Я выгнал вашу кухарку, — сказал Хоэль и улыбнулся.
Эта улыбка оказалась последней каплей в чаше терпения. Катарина схватила медный ковшик, стоявший на умывальнике, и швырнула в мужа."
"Но королевский генерал, прозванный Драконом, конечно же, встречал противника и посерьезнее. Легко увернувшись от ковша, он скрестил руки на груди, спокойно наблюдая, как жена схватила медный кувшин, явно намереваясь отправить его следом за ковшом.
— Может, притухните маленько, донья? А то так и пыхаете.
Но Катарина и сама уже поняла, что позволила слишком много. Поставив кувшин, она сдула со лба прилипшую прядку:
— Заканчивайте с ванной, и чтобы к обеду духу вашего не было ни в моем доме, ни в Тьерге. А если вы посмеете я пожалуюсь королю!
— О да, — закивал Хоэль, ничуть не испугавшись угроз. — И он прикажет меня казнить.
— Тогда я просто разведусь с вами! — крикнула Катарина уже из-за двери. — Сегодня же!
Она не дошла и до конца коридора, когда из ванной комнаты появился Хоэль. В одних подштанниках, естественно.
— Дайте же мне объясниться, — попросил он, направляясь следом за Катариной.
