Четвертый тост — это драматический роман о том, как мир на грани войны и любви. Время кажется испорченным лекарственной микстурой, где каждая капля событий оказывает сильное влияние. Автор создает атмосферу тревоги и предчувствия, заставляя читателя вглядываться в будущее с осторожностью и трепетом....
Грохот мотора разносился далеко, и, еще не видя приближавшейся гравицаппы, можно заключить, что это какой-то трактор.
Так оно и оказалось – из-за поворота неторопливо выкатил раздолбанный «Беларусь»
с прицепом. Увидев вооруженных, сидевший за рулем притормозил, не заглушая мотора, видно было, что он переложил автомат поближе. Громко спросил:
– Кто такие?
– Улсыг аюулаас хамгаалах байгууллага, – без промедления откликнулся Доктор Айболит, оказавшийся ближе других.
Молодой чеченец хмуро поинтересовался:
– Арабы, что ли?
Рука у него при этом определенно лежала на автомате так, чтобы моментально примостить ствол на дверцу и полоснуть очередью.
– Отнюдь, – сказал Доктор Айболит. – Российская армия. Документы показать?
Тракторист, обозрев их неприязненным взглядом, промолчал, зло поджимая губы. Судя по всему, он не отличался ни любопытством, ни желанием поболтать о пустяках с прохожими. С лязгом дернул рычаги, и трактор прошкандыбал мимо, обдавая чадными выхлопами скверной солярки.
Они двинулись дальше.
– Ты что ему сказал? – спросил майор, догоняя Айболита.
– Чистую правду, – доложил тот. – «Органы государственной безопасности» – на чистейшем монгольском. Я там служил, ты ж знаешь. Не бери в голову, командир, знатоков монгольского, могу спорить, тут отродясь не было и не будет еще долго…"
"Ну подожди, – с садистской мечтательностью сказал майор. – Когда выйдем, я тебя построю в две шеренги, в три ряда, и долго ты у меня будешь маршировать рассыпным строем…
– Да ну…
– Р-разговорчики…
За следующим поворотом открылось село – большое, обширное, вольно разбросанные дома еще издали выглядели иными, чужими.
– Двинулись, – приказал майор.
– Идет передача. Они навели справки на блокпосту и малость успокоились.
– Мелочь, а приятно…
Шагая по выщербленному временем асфальту, майор повторял в памяти кое-какие наставления, написанные серьезными людьми очень давно, но актуальности ничуть не утратившие.
