Автор
В дверях квартиры зазвенел колокольчик, поднимая над головой Жени струны любопытства и тревоги. Она, Евгения Аркадьевна Тихорецкая, коммерческий директор «Аргона», вдруг почувствовала себя в центре внимания — всеобщего внимания к нему, которого она не заметила дома весь день. Казалось, мессенджер с неизвестного номера затащил ее в мир незнакомых дам, среди которых она будет лишь четвертой любовницей....
Выйдя на улицу, он поздоровался с местным «филиалом КГБ на пенсии», как называла Женя бабулек, ежедневно заседающих на лавочке у подъезда и строго блюдущих всё происходящее вокруг.
— А, здравствуй, Стасик! — радушно улыбнулась обычно строгая и принципиальная глава «филиала» Татьяна Семёновна из сто пятой квартиры.
Остальные бабульки так же поприветствовали Стаса и продолжили бурное обсуждение последних новостей.
— А вы слышали, жиличка-то из тридцать восьмой сегодня съехала ни свет ни заря!
— Гелька что ли?
Стас остановился, делая вид, что ищет сигареты и зажигалку, и навострил уши.
— Она самая! Позвонила Ивановне и сказала, чтобы та ключи забирала! В итоге не стала её дожидаться и мне их отдала! Не, я квартиру чин-чином приняла, всё проверила. А то мало ли! Вдруг унитаз увезёт или ванну! Всякое бывает.
Бабульки, сделав серьёзные лица, молчаливыми кивками выразили согласие с последней фразой своей соратницы.
— Только скажу вам, видно было, что собиралась впопыхах!
— Может случилось чего? Девка, вроде, хорошая, тихая…
— Тихая-то тихая, да видно в её тихом омуте черти водятся! Во-о-о-т такенные! — вступила в разговор Анна Владимировна из соседнего подъезда и размахнула руками так широко, будто опытный рыбак показывающий свой самый крупный улов.
— С чего взяла? — сурово посмотрела Семёновна.
— Так дворник наш, Рамиль, когда бак из-под мусоропровода выкатывал, заметил, что в трубе что-то застряло. Палкой потыкал и оттуда коробка выпала. Красивая. Как раскрыл, а там… — Анна Владимировна взяла трагическую паузу.
Стас знал, что во внутреннем кармане верхней одежды у всех бабулек хранились таблетки «от сердца» или «от давления», а у некоторых и те, и те.
— … а там уши кошачьи, ошейник и хвост!
— Неужели садистка? Из этих, догхантеров?
— Не, те ж по собакам зверствуют…
— Да не перебивайте меня, девочки! Костюм это был! Для игр. Интимных, простигосспади…
— А я по телевизору видела! Есть такие, которые животных любят!
— Зоофилы что ли?
— Батюшки-и-и! Куда мир катится! В наше время…
— Так, а Геля-то при чём?
— Так на ошейнике том ейное имя нацарапано было! — торжествующе подняла палец вверх Анна Владимировна.
— Ах, такая девочка скромная, а нормально любиться не может! Извращенка, как есть!
— Филка! Наталья, ты как там это слово называла?
Дальше уже Стас не стал слушать. Тихо загибаясь от хохота, он направился в сторону мусорного контейнера.
