Автор
В дверях квартиры зазвенел колокольчик, поднимая над головой Жени струны любопытства и тревоги. Она, Евгения Аркадьевна Тихорецкая, коммерческий директор «Аргона», вдруг почувствовала себя в центре внимания — всеобщего внимания к нему, которого она не заметила дома весь день. Казалось, мессенджер с неизвестного номера затащил ее в мир незнакомых дам, среди которых она будет лишь четвертой любовницей....
Две минуты молчания… Три…
На пятой Ликка крепче сжала рукоятки и подумала:
— Если он сейчас скажет, что один глаз криво накрашен, прибью нафиг!
Неожиданно ранний приход мужа немного выбил из колеи. И в этот момент, словно услышав мысленное предупреждение, Андрей отмер и задумчиво пробормотал:
— Ли, примерь пожалуйста!
О, она знала этот лихорадочный блеск, промелькнувший в глазах мужа. Обычно он означал, что в голове Андрея созрела очередная идея для фотосессии. И только сейчас Ликка заметила большой бумажный пакет протянутый вперёд.
— Что? Одежда?! Не-е-е-т… — «про себя» простонала Ликка. — Так. Стоп. Соберись, тряпка!
Не зная, куда деть одну из сковородок, она замешкалась. Андрей ловко выхватил «карающее орудие женского авторитаризма» и вложил плетёные ручки пакета в ладонь жены:"
"— Хитростью и внезапностью противник деморализован, орудие смерти изъято в количестве одной единицы.
— Что-то слишком много обновок для одного дня… — холодно произнесла Ликка.
Андрей оживился:
— Ты что-то себе сегодня купила? Продемонстрируешь?
— Ну, как купила… Прислали.
Брови мужа удивлённо взлетели вверх.
Ликка молча проследовала на кухню, где на одной их табуреток до сих пор лежала доставленная курьером коробка с бельём. Андрей быстро скинул лёгкие ботинки и прошлёпал следом. Ликка поставила коробку на стол и отошла в сторону. Муж снял крышку и уставился на бельё. И только потом увидел записку.
Держа в одной руке несколько кружевных лент, гордо именуемых трусиками, судя по бирке, а в другой послание, повернулся к Ликке:
— Спасибо.
— За что? — оторопела Ликка.
— За то, что встретила всего лишь с двумя сковородками, а не с работающим электролобзиком в руках! Сложно приводить аргументы, валяясь окровавленными кусками на кафельном полу.
У Ликки неприятно кольнуло в груди:
— То есть, повод есть…
Андрей виновато развёл руками в стороны:
— Ни малейшего. Но я бы мне на твоём месте не поверил. Слишком провокационно.
И тут он несколько раз втянул носом воздух, принюхался к содержимому коробки и выругался:
— Вот настырная девица!
Ликка скрестила руки на груди, примостив сковородку на своём левом плече:
— Я милого узнаю по походке? Пардон, по запаху?
— Вроде того.
— И кто она? — как можно более спокойно спросила Ликка, стараясь не выдать эмоции, бушующие внутри.
— Милана. Работает визажистом.
